Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

Судье ____________ федерального суда
Г. ____________
_______________________

Адвоката КА «_________________»
_______________________
в интересах потерпевшего ______________

Ходатайство
о возвращении уголовного дела прокурору

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению _____________________________ в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 159 и 163 УК РФ.
Потерпевшим по делу на основании постановления следователя СО при __________ РОВД г. _________ ____________ от 7. 03. 07 г. признан _____________, интересы которого я представляла и на предварительном следствии.
Предварительное следствие по делу завершено __________ г.
В соответствии ч. 2 ст. 215 УПК РФ следователь уведомляет об окончании следственных действий защитника, законного представителя обвиняемого, если они участвуют в деле, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей.
В нарушение указанной нормы закона уведомление об окончании предварительного следствия следователь мне не направил, с материалами уголовного дела, несмотря на то, что я являюсь представителем потерпевшего, не ознакомил.
Об окончании предварительного следствия мне и ___________ стало известно только случайно.
Имеющиеся в материалах дела уведомление, направленное в адрес __________ датированное ______________ г., о явке его _____________ г. в кабинет следователя для ознакомления с материалами дела до сих пор до ____________ не дошло. Более того, по смыслу закона уведомление должно быть направлено заблаговременно, чтобы оно могло дойти до заинтересованного лица.
Кроме того, в материалах дела имеются номера наших телефонов, и при желании следователь мог бы известить нас по телефону, как ранее делал при проведении следственных мероприятий.
Тем самым, следователь умышленно лишил меня и __________ возможности по окончании предварительного расследования знакомиться с материалами уголовного дела, выписывать из дела сведения, касающиеся нашего дела, снимать копии, заявлять ходатайства о допросе свидетелей, представлять доказательства, приносить жалобы на действия( бездействия ) следователя и т. д., .е. прав, предусмотренных ст. ст. 42 и 45 УПК РФ.
Более того, мне стало известно о том, что уголовное преследование в отношении _____________ по всем эпизодам предъявленного ему обвинения, кроме одного, прекращено в связи с его непричастностью к преступлениям и отсутствием в его действиях состава преступления.
По этим же основаниям прекращено уголовное преследование в отношении ____________, несмотря на его признательные показания, данные им на предварительном следствии с участием адвоката.
В соответствии с ч. 1 ст. 213 УПК РФ уголовное дело прекращается на основании постановления следователя, копия которого направляется прокурору.
Ч. 4 ст. 213 УПК РФ предусматривает вручение или направление копии постановления о прекращении уголовного дела лицу, в отношении которого прекращено уголовное преследование, потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику.
Копию постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ______________ и _____________ потерпевшему следователь не вручал и не направлял, нет таких данных и в материалах дела.
Складывается такое впечатление, что следователь специально, чтобы мы не имели возможность обжаловать данные постановления, скрыл их от нас, т.е. не обеспечил гарантированное Конституцией РФ право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Таким образом, на предварительном следствии по данному делу допущены существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, неустранимые в судебном заседании.
Без устранения этих нарушений, _____________ будет ущемлен в правах и по существу лишен судебной защиты.
Согласно п. п. 3 п. 4 постановления Конституционного Суда РФ от 08. 12. 2003 г. № 18- П « По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 236, 237, 239, 246 УПК РФ» возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или по инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства
При этом основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют, в том числе о несоответствии обвинительного заключении или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.
С учетом изложенного, руководствуясь ст. 237 УПК РФ и постановлением Конституционного Суда РФ от 8. 12. 2003 г. № 18- П « По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 229, 236, 237, 239, 246 УПК РФ»

Прошу:
Вернуть уголовное дело по обвинению __________________ по ст. 163 УК РФ прокурору для устранения допущенных в ходе предварительного следствия существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Возвращение уголовного дела прокурору

Иногда в период предварительного слушания либо в ходе судебных разбирательств возникают основания для возврата материалов уголовного дела в прокуратуру на дополнительное расследование. Но данная процедура имеет ряд особенностей, о которых должна знать каждая сторона судопроизводства.

Основания возвращения уголовного дела прокурору

В соответствии со ст. 237 УПК РФ материалы делопроизводства могут быть переданы в прокуратуру для дополнительного расследования. Основаниями для подобных действий могут выступать:

  • наличие неточностей в обвинительном заключении (акте), в связи с чем судья лишается права на вынесение приговора по судопроизводству;
  • стороне обвинения не передавался обвинительный акт;
  • если в ходе судебного заседания выясняется, что обвинительный акт должен быть составлен с приложением постановления об использовании методов медицинского воздействия;
  • при обнаружении причин для объединения нескольких уголовных производств в одно;
  • обвинение во время ознакомления с документацией не предоставило обвиняемому информацию о его правах, регламентируемых ст. 217 УПК РФ.

Основания возврата на повторное разбирательство

На основании материалов, изложенных в обвинительной документации, можно сделать вывод о том, что в отношении обвиняемого либо гражданина, к которому должны быть применены медицинские методы воздействия, требуется изменение квалификации совершенного деяния на более тяжкое преступление, опасное для общества. Также возвращение уголовного дела прокурору произойдет, если общественная опасность и тяжесть совершенных обвиняемым поступков будет определена в ходе судебного разбирательства либо предварительного слушания.

На заметку! Инициатором возвращения дела прокурору может выступать судья либо одна из участвующих в процессе сторон, в том числе сам прокурор. Для этого потребуется составить соответствующее ходатайство.

Процессуальный порядок рассмотрения и разрешения судом вопроса о возвращении уголовного дела прокурору

При обнаружении вышеперечисленных обстоятельств суд возвращает делопроизводство обвинителю с целью устранения недостатков на протяжении максимум 30-ти суток. Далее судье потребуется на основании норм, обозначенных в ст. 108, 109, 255 УПК РФ, принять решение о применении к обвиняемому методов пресечения.

После возвращения уголовного дела на дополнительное расследование вся следственная и прочая процессуальная работа должна соответствовать требованиям, обозначенным в УПК РФ. Но данное положение будет противоречить Конституции РФ. В связи с этим, после передачи судом делопроизводства обратно в прокуратуру и далее в следственные органы, дознаватель во время повторного следствия будет руководствоваться Конституцией РФ и ст. 221, 226 УПК РФ. На основании данных законодательных норм представитель органов дознания вправе совершать все необходимые следственные и процессуальные процедуры, а также предъявить нарушителю новое обвинение, оформленное актом либо заключением.

Обратите внимание! Промежуток для вновь собранной доказательной базы определяется ч. 2 ст. 237 УПК РФ, другие доказательства на судебном заседании учитываться не будут.

Постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору

Возврат делопроизводства на доследование в прокуратуру оформляется судьей в виде постановления. Оно должно содержать следующие сведения:

  • необходимые разъяснения, касающиеся рассмотрения материалов;
  • обозначается инициатор, по ходатайству которого дело возвращается органам следствия;
  • отражаются все выявленные неточности обвинительного заключения;
  • заслушанные мнения участников процесса;
  • информацию о правилах обжалования судебного решения.

Возврат материалов в прокуратуру

Важно! При вынесении судом постановления о передаче материалов на доследование должны соблюдаться все положения ст. 7 УПК РФ. В противном случае при отсутствии в документе информации, обосновывающей возврат дела на расследование, постановление может быть отменено.

Возможности возвращения уголовного дела на досудебное производство

В связи с тем, что основанием для возврата на дополнительное разбирательство не может служить неполное раскрытие правонарушения, то в настоящее время очень часто используется ст. 237 УПК РФ в судебной практике. Именно она служит поводом для повторной передачи результатов следствия в прокуратуру.

Возможности, по которым стороны имеют право ходатайствовать о передаче дела на досудебное разбирательство, регламентируются ч. 1. 2. ст. 237 УПК РФ, среди них выделяются следующие ситуации:

  1. Возникновение новых опасных для общества последствий после передачи материалов следствия в судебную инстанцию в результате совершения обвиняемым уголовного преступления. В данном случае возникает основание для предъявления нарушителю более тяжкого обвинения.
  2. Отмена вышестоящей судебной инстанцией ранее вынесенного приговора по делопроизводству на основании возникших обстоятельств, влекущих за собой предъявление нарушителю обвинения по более тяжкой статье УК и усиление мер наказания.

Обозначенные выше обстоятельства могут служить поводом для повторного возврата делопроизводства на расследование в судах следующих инстанций:

Обратите внимание! Из всего вышесказанного можно сделать вывод о том, что сторона обвинения наделена правом на инициирование повторной передачи материалов следствия в прокуратуру для новой проверки, если в ходе судебных разбирательств откроются обстоятельства, по которым обвиняемый может быть привлечен к более серьезной ответственности за совершение тяжких деяний.

Может ли прокурор вернуть дело следователю

Прокурорское право на возврат уголовного дела на дополнительное расследование закреплено на законодательном уровне. Общие принципы и порядок возврата и действия прокурора, зависящие от итогов доследования, регламентируются следующими статьями УПК РФ:

  • №37 п. 15 ч. 2;
  • №221 п. 3 ч. 1;
  • №226 п. 2 ч. 1;
  • №439 п. 2 ч. 5.

После того, как суд возвращает дело на доследование, прокурором принимается одно из следующих действий:

  1. Обвинительный акт утверждается и передается в суд.
  2. Материалы следствия направляются следователю (дознавателю) для повторного расследования.
  3. Обвинительная документация пересылается в прокуратуру с более широкими полномочиями в случае, когда судопроизводство осуществлялось в суде более высокой инстанции.

Если уголовное дело прокурор вернул следователю, то работник следственных структур вправе обжаловать подобное действие у вышестоящего начальства на протяжении 72 часов.

Обратите внимание! Если возвращение дела следователю связано с возникновением ситуаций, определяемых УПК РФ, то период дополнительного расследования не должен превышать месяца со дня поступления необходимых материалов.

Образец ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору

Возвращение уголовного делопроизводства на повторное расследование возможно на любой стадии судебного процесса. Но наиболее просто эту процедуру осуществить во время предварительного слушания, так как оно и проводится с целью устранить все вопросы по делу до начала разбирательств.

Если обстоятельства, требующие возврата на доследование, выяснились во время процесса, то заинтересованной стороне потребуется составить ходатайство. Например, если первая судебная инстанция не приняла прошение участника процесса о возвращении материалов следствия на повторную проверку, то можно обратиться в вышестоящую инстанцию. Суд будет рассматривать вынесенный приговор и даст оценку влияния на него отправки дела на дополнительное расследование.

Последние листы ходатайства

Если вышестоящий суд определит, что суд первой инстанции не учел нормативов, определенных в УПК, то далее делопроизводство будет передано на дополнительную проверку. Для написания заявления можно воспользоваться образцом, приведенным ниже.

Дело возвращено прокурору – что дальше

Существует множество причин, по которым материалы следствия могут быть переданы в прокуратуру:

  • устранение недостатков;
  • уточнение определенных событий;
  • увеличение количества необходимых фактов и прочее.

Обратите внимание! После передачи материалов судебный процесс не завершается, а приостанавливается. За время приостановки работник прокуратуры должен добавить необходимые корректировки, документацию и прочие поправки посредством указаний, выдаваемых следователю.

На основании ч. 6 ст. 162 УПК РФ прокурор обладает правом самостоятельного определения длительности доследования в пределах 1 месяца. На протяжении этого периода он и руководитель следственного органа будут осуществлять контроль над соблюдением всех рекомендаций для устранения недостатков в материалах уголовного дела и соблюдением сроков дополнительного расследования. Ведь от качества проведенных мероприятий будет зависеть возможность суда на вынесение приговора.

Следовательно, процедура возврата материалов в прокуратуру для доследования должна иметь веские основания, если ее инициировали во время разбирательств. Заинтересованной стороне следует основательно подготовиться к данному процессу.

Образец ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом (часть 5 статьи 264 УК РФ)

Федеральному судье …. . городского суда МО

от адвоката Адвокатской конторы № 23 «Бутырская»

Московской городской коллегии адвокатов

Кусаева Алексея Николаевича,

моб. тел. 8 916 758 01 00

127015, г. Москва, ул. Бутырская, д. 6

в защиту интересов

по уголовному делу № 11 ….

возбужденного ……. . 2017 года

по признакам преступления, предусмотренного

ч. 5 ст. 264 УК РФ

о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его

В производстве … ……. городского суда МО имеется уголовное дело, возбужденное в отношении ………… по признакам преступления предусмотренного ч.5 ст. 264 УК РФ.

Ознакомившись с материалами уголовного дела и обвинительным заключением, считаем, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В соответствии со ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно со ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления им прав. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствии его рассмотрения судом в случаях, если: обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

По правилам, предусмотренным ч.1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: 1) фамилии, имена, отчества обвиняемого или обвиняемых; 2) данные о личности каждого из них; 3) существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; 4) формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление; 5) перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; 6) перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причинённого ему преступлением; 9) данные о гражданском истце и гражданском ответчике.

Между тем, расследованием уголовного дела не установлено место совершения преступления .

Так, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от …… 2018 года (т. 2 л. д. 225) указано место: «… двигался по прямолинейному горизонтальному участку 470+300 км автодороги ….. , в направлении г. Москва, проходящей по территории ………..МО…… », то есть 470+300 км = 770 км – фактически место происшествия находится за пределами МО. Аналогичная фабула произошедшего указана в обвинительном заключении. При этом сведения о месте происшествия, указанных в итоговых документах уголовного дела ( постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении ) кардинально отличаются от информации зафиксированной в материалах производства. Считаю это грубейшим нарушением уголовно-процессуального законодательства, которое невозможно устранить в судебной процессии, так как суд не может давать оценку таким документам как обвинительное заключение и постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а тем более проводить расследование уголовного дела с целью определения места совершения преступления. Полагаю, это заслуживает внимания.

Читайте также:  Ходатайство о перенесении рассмотрения дела

Кроме того, вышеуказанном постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении указано: «… обязывающих водителя знать и соблюдать относящиеся к нему требования правил, знаков разметки, ч.1 п. 1.5 тех же Правил, обязывающих водителя действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, ч.1 п. 10.1 ПДД РФ …». В резолютивной части итоговых документах следствие также ссылается на часть 1 п.1.5 и 10.1 ПДД РФ. При этом в п. 1.5 и 10.1 ПДД РФ отсутствует часть 1 , то есть её не существует в принципе. Орган предварительного следствия не является законодательным органом и не имеет права/полномочий надумывать свои атрибуты – это прямое нарушение уголовно-процессуального закона по уголовным делам в сфере ДТП, тем более указанных в итоговых документах.

Далее, стороной защиты в рамках предварительного следствия несколько раз было заявлено ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении Р.… ……. . в связи с отсутствием состава преступления. При этом сторона защиты ссылалась на проведённое доцентом кафедры «Организация и безопасность движения»» Московского автомобильно-дорожного государственного технического университета (МАДИ) В……. автотехническое исследование (т. 2 л.д.130-151), которое своим заключением делает вывод о непричастности Р……. к совершению инкриминируемого преступления. Между тем следователь указанное доказательство в ряд доказательств в обвинительном заключении, на которое ссылается сторона защиты, не включила, тем самым нарушила право на защиту. Тем более установленная экспертным путём невиновность Р… ……. . следствием ни чем не опровергнута.

Данное нарушение искажает принцип состязательности и равноправие сторон, явно отражающий, по моему мнению, обвинительный уклон предварительного следствия.

Согласно ч.3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Это предполагает предоставление участвующим в судебном разбирательстве сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих прав и законных интересов, включая возможность заявления ходатайств, обжалования действий и решений суда, осуществляющего производство по делу.

Конституционный Суд РФ в Постановлениях от 10 декабря 1998 года по делу о проверке конституционности части второй статьи 335 УПК РФ РСФСР, от 15 января 1999 года по делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 295 УПК РСФСР и от 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвёртой и пятой статьи 377 УПК РСФСР указывал, что необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая, по смыслу статьи 46 (части 1 и 2) Конституции РФ и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должна быть справедливой, полной и эффективной.

Кроме того, в соответствии с ч. 4 Постановления Конституционного суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованием данного Кодекса.

Так, не углубляясь в процесс расследования и доказательную базу, хотелось бы отметить, что по уголовным делам в сфере ДТП осмотр места происшествия и приложение к нему в виде схемы, является самым главным документом, соответственно и доказательством.

При этом, протокол ОМП и схема к нему (т.1 л.д.12-33) составлены с грубым нарушением УПК РФ, а именно: время составления схемы 09 часов 10 минут , а следственное действие – осмотр места происшествия проведено в период времени с 09 часов 47 минут по 13 часов 20 минут . Между тем, согласно части 8 ст. 166 УПК РФ схема является приложением к протоколу ОМП.

Кроме того, указанная в схеме дорожная обстановка ДТП с указанием произведённых замеров не отражена в описательной части ОМП – то есть в схеме указаны замеры расположения обстановки, а в ОМП они отсутствуют. Более того, в протоколе ОМП имеются незаполненные пробелы для вписания числового значения (что явно видно визуально).

Таким образом, данный протокол осмотра места происшествия и схема к нему являются недопустимым доказательством, так как с огласно ст. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»: « доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами» .

Также хотелось бы отметить, что схема составлялась для оформления административного правонарушения сотрудником ГИБДД – это видно по бланку (где написано « Схема места совершения административного правонарушения »), хотя материалы административного правонарушения не приобщены к материалам уголовного дела. Тем более, следователь отказывая в удовлетворении ходатайства защиты, в частности, и отказывая в признании недопустимости в качестве доказательств ОМП и схемы к нему, прямо указывает, что «… прибыл экипаж ГИБДД, инспектор которого начал составлять схему места совершения административного правонарушения ….

…09.10 минут – время начала составления схемы, что соответствует времени прибытия экип а жа ГИБДД…

…сотрудник ГИБДД – М….. ., который осуществил составление схемы места административного правонарушения , которая была приобщена к протоколу осмотра места происшествия …» (т.2 л.д . 211-217). Тем самым следователь сама не отрицает, что схема составлялась именно к материалам административного правонарушение, а никак не к осмотру места происшествия регламентированных в рамках УПК РФ.

Следует отметить, что стороной защиты ранее неоднократно поступали ходатайства в адрес следствия о проведении автотехнической судебной экспертизы с целью установления механизма ДТП и места столкновения автомобилей. Однако следствием данные доводы грубо проигнорированы и в удовлетворении ходатайств было необоснованно отказано, ссылаясь на то, что им самим было установлено место столкновение на месте происшествия и согласно материалам уголовного дела, в частности, в соответствии сведений отражённых в протоколах допросах свидетелей (которые между собой противоречивы) – на мой взгляд могут быть субъективными.

По моему мнению, при назначении автотехнической судебной экспертизы следователи по надуманным основаниям не поставили перед экспертом вопрос о месте столкновения и механизме ДТП, что ярко подчеркивает необъективность и односторонность проведения предварительного следствия при расследовании данного уголовного дела.

В связи с чем, сторона защиты была вынуждена инициировать проведение автотехнического исследования, в ходе которого установила обстоятельства совершения ДТП.

Кроме того, в рамках не проведены очные ставки, следственные эксперименты и др. следственные действия для устранения противоречий, однако указанные в ходатайствах недочёты следствием необоснованно и по надуманным основаниям игнорировались, чем нарушили право на защиту. Хотя по принципу равноправия расследование уголовного дела должно быть всесторонним и объективным.

Подводя итог вышеописанному, можно с уверенностью утверждать, что без устранения указанных нарушений судом будет невозможно рассмотреть уголовное дело должным образом.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст . 53, 237 УПК РФ,

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

Момент исчисления срока следствия

В моем производстве длительное время находится уголовное дело по обвинению Доверителя в совершении преступления, предусмотренного п. “а” ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Один раз производство по нему уже завершалось вынесением обвинительного приговора, по которому моему клиенту пришлось чуть более трех месяцев провести в следственном изоляторе.

Указанный приговор судом апелляционной инстанции был отменен по жалобам стороны защиты, а само уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В ходе возобновленного следствия оно также возвращалось руководителем следственного органа следователю для дополнительного расследования, которое, несмотря на небольшой объем предполагаемых к выполнению процессуальных действий, затянулось на долгие семь месяцев.

В настоящее время уголовное дело вновь поступило в районный суд Москвы для рассмотрения по существу.

Для стороны защиты данное событие не явилось неожиданностью и было, можно сказать, долгожданным: все обвиняемые к этому моменту чувствовали явное моральное истощение и всех волновал лишь один вопрос – “Когда же это закончится?”, на прекращение осуществляемого преследования по заявленным адвокатами ходатайствам никто особо и не надеялся, однако в ходе ознакомления с его материалами в порядке ст. 217 УПК РФ были выявлены обстоятельства, которые могли стать новыми аргументами в отстаивании позиции подзащитных.

Так, при ознакомлении с делом мной было установлено, что оно находилось у руководителя следственного органа, возвратившего его следователю для проведения дополнительного расследования, на протяжении 17 дней и, что самое интересное, этот срок не был включен в общий срок предварительного следствия после его возобновления с момента принятия к своему производству следователем.

Полагая, что такой подход к исчислению срока следствия неправомерен, защитой было подготовлено и в ходе предварительного слушания в районном суде заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела утвердившему обвинительное заключение прокурору следующего содержания.

Мотивировка доводов о нарушении сроков следствия

В соответствие с положениями ст. 162 УПК РФ, предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела.

В срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

Срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа соответствующего уровня.

При возвращении руководителем следственного органа уголовного дела следователю для организации дополнительного расследования срок такового устанавливается в пределах одного месяца.

В соответствие с положениями ст. 39 УПК РФ, руководитель следственного органа дает следователю согласие на направление уголовного дела вместе с обвинительным заключением для его последующего направления в суд. Такого согласия руководитель следственного органа вправе и не дать, возвратив уголовное дело следователю для организации дополнительного расследования.

При этом, уголовно-процессуальный закон не предоставляет руководителю следственного органа отдельное время для изучения уголовного дела и принятия данного решения.

В силу установленного ст. 162 УПК РФ правила непрерывности срока следствия руководитель следственного органа должен принимать решение не позднее для, в который он получает уголовное дело вместе с обвинительным заключением.

В соответствие с п. 1.23 Приказа Следственного Комитета РФ от 15.01.2011 года «Об организации процессуального контроля в Следственном Комитете РФ», руководитель следственного органа изучает материалы уголовного дела не позднее чем за 5 суток до направления следователем участникам уголовного судопроизводства уведомления в соответствии с ч. 2 ст. 215 УПК РФ.

После составления следователем обвинительного заключения незамедлительно, но не позднее 24 часов с момента его подписания обеспечивает изучение уголовного дела и после согласования обвинительного заключения направляет дело прокурору с сопроводительным письмом.

Таким образом, как следует из системного толкования вышеприведенных норм уголовно-процессуального закона, все свои процессуальные полномочия руководитель следственного органа обязан реализовать исключительно в пределах срока предварительного расследования, установленного в предусмотренном УПК РФ порядке; поступление уголовного дела к руководителю следственного органа с обвинительным заключением срок предварительного следствия не приостанавливает, его течение непрерывно продолжается непосредственно до направления такового надзирающему прокурору.

Однако, при установлении и исчислении срока предварительного расследования следственным органом указанные положения уголовно-процессуального закона не были учтены.

Как следует из материалов уголовного дела, на момент его поступления к руководителю следственного органа 11 октября 2015 года срок следствия составил 07 месяцев 29 суток (том 00 л. д. 000).

В этот же день постановлением руководителя следственного органа уголовное дело возвращено следователю Иванову И.И. для организации дополнительного расследования с установлением срока предварительного расследования – 1 месяц (том 00 л. д. 000-000).

Следователю уголовное дело поступило лишь 28 октября 2015 года и в этот же день постановлением руководителя следственного органа для производства дополнительного расследования было передано в другой подчиненный ему следственный орган (том 00 л. д. 000-000).

Обвинительное заключение следователем Петровым П.П. было составлено 27 ноября 2015 года и в этот же день вместе с уголовным делом с согласия руководителя следственного органа направлено прокурору.

06 декабря 2015 года обвинительное заключение было утверждено прокурором.

Таким образом, течение установленного в предусмотренном УПК РФ порядке срока предварительного расследования окончилось 11 ноября 2015 года, составило 08 месяцев и 29 суток, и далее руководителем вышестоящего следственного органа не продлевалось.

Исходя из буквального толкования положений ст. 162 УПК РФ и правила непрерывности срока следствия, на момент составления обвинительного заключения 27 ноября 2015 года срок предварительного расследования составил 09 месяцев и 16 суток, однако таковой до указанной даты в установленном порядке не продлевался.

При этом не может быть принято во внимание длительное, в течение 17 дней, время нахождения уголовного дела у руководителя следственного органа до момента возвращения его в производство следователя Иванова И.И.: с 11 по 28 октября 2015 года, так как срок следствия, повторюсь, в этот период не прерывался, а продолжал свое течение.

Уголовное дело в этот период, до момента принятия его к производству следователем Ивановым И.И., пределы помещения указанного следственного органа не покидало, а потому такая длительная его процессуальная неопределенность неприемлема в принципе.

Более того, 28 октября 2015 года, уголовное дело было передано для производства следствия в другой следственный орган и в этот же день оно уже было принято к производству следователем Петровым П.П.

То есть, из одного следственного органа в другой уголовное дело было передано в течение одного рабочего дня, тогда как в пределах одного и того же следственного органа оно находилось в процессуальной неопределенности 17 дней, что как незаконно, так и просто не оправданно.

Из вышеизложенного определенно следует, что в случае отказа в согласовании обвинительного заключения и возвращения уголовного дела следователю руководителем следственного органа, правило о начале течения срока дополнительного расследования с момента принятия уголовного дела следователем к своему производству неприменимо, так как срок предварительного следствия продолжает свое течение и не прерывается вплоть до направления уголовного дела прокурору.

Соответственно и прокурором обвинительное заключение было утверждено за пределами установленных уголовно-процессуальным законом сроков.

В соответствие с положениями пункта 1 части 1 статьи 237 УПК РФ в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, то уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В данном случае, таковое подлежит возвращению прокурору для установления срока следствия и составления обвинительного заключения в его пределах.

Читайте также:  Ходатайство о назначении молекулярно-генетической экспертизы

Составление обвинительного заключения за пределами установленного в предусмотренном УПК РФ порядке срока предварительного расследования является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неустранимым судом, и свидетельствует об отсутствии в уголовном деле обвинительного заключения, как такового.

Суд нарушения сроков следствия не усмотрел

По мере изложения мной доводов данного ходатайства настроение государственного обвинителя заметно менялось: сначала весь его внешний вид источал надменность, а лицо выражало ухмылку, затем полное безразличие и тотальную безэмоциональность, потом некоторый испуг, а после оглашения мной резолютивной части прокурор в ужасе обратил свой вопрошающий взор на председательствующего судью.

Опытный судья, председательствующий в процессе, и выслушавший явно не одну сотню подобных ходатайств, также изначально не придал данному факту никакого значения, но уже после оглашения мной первой трети доводов взял в руки уголовно-процессуальный кодекс и стал его внимательно изучать, а весь его внешний вид стал выражать явную заинтересованность.

Но, несмотря, на мой взгляд, достаточную аргументацию заявленного мной ходатайства, районный суд по результатам предварительного слушания не усмотрел нарушения срока следствия по делу, и принял решение об его отклонении.

При этом в постановлении судьи не приводится доводов, на основании которых им был сделан соответствующий вывод. В решении лишь указано, что ходатайство подлежит отклонению, так как обвинительное заключение составлено в соответствии с УПК РФ.

Это является обыкновенной практикой отдельных судей: в том случае, когда никаких доводов в ответ на требования защитника они привести не могут, всегда ограничиваются достаточно аморфной и универсальной формулировкой – “каких-либо нарушений суд не усматривает”.

Однако, считаю подобную практику однозначно порочной, так как она фактически ведет к несправедливому судебному разбирательству, лишая подсудимого права знать, по какой причине и на основании какой именно нормы закона его процессуальная позиция признана необоснованной.

Такое положение вещей следует признать грубейшим нарушением прямых указаний статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 Пакта о гражданских и политических правах, а также обеспечиваемых Конституцией Российской Федерации основных процессуальных прав каждого подсудимого.

Тем не менее, рассмотрение уголовного дела продолжается, все решения суда мной будут обжалованы в установленном порядке, о результатах рассмотрения апелляционных жалоб будет сообщено дополнительно, так как, по мнению стороны защиты, в данном конкретном случае нарушения срока следствия по уголовному делу очевидно и не вызывает никаких сомнений.

Незаконный же и необоснованный отказ председательствующего удовлетворить подобное ходатайство стороны защиты следовало бы расценивать как предвзятое к делу со стороны судьи отношение и фактическое принятие им позиции стороны обвинения, что недопустимо.

Ходатайство Сапият о возвращении уголовного дела прокурору

Федеральному судье г.ХасавюртаАлиеву М.У.Магомедовой Сапият Ахмедовны, прож. г.Хасавюрт, ул. Султанова, 8Ходатайствов порядке ст.ст.53,237 УПК РФо возвращении уголовного дела прокурору 1 июля 2010 г. старшим следователем первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по РД советником юстиции Бауловым

15 июля 2011г. следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по РД полковник юстиции Халимов А.Н. вынес постановление о привлечении в качестве обвиняемых Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

02 июля 2010г. руководитель СУ СК при прокуратуре РФ по РД государственный советник юстиции 3 класса Амирбеков К.И. вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, в отношении меня – адвоката коллегии адвокатов «Омаров А.С. и партнеры».

26.07.2011г. руководитель СУ СК при прокуратуре РФ по РД полковник юстиции Саврулин А.Ю. вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ в отношении меня – адвоката коллегии «Омаров А.С. и партнеры» Адвокатской палаты РД.

26 июля 2011г. вынесено постановление о соединении уголовных дел № 06838 и № 16876 в отношении меня по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318 и ст. 319 УК РФ.

Сам факт противоречия фабулы обвинения по уголовному делу, возбужденному 01.07.2010г. в отношении работников милиции, фабуле обвинения по уголовному делу, возбужденному позже в отношении меня –адвоката Магомедовой С.А., свидетельствует о надуманности и несостоятельности обвинения, предъявленного мне. В связи с этим становится очевидным, что дело в отношении меня по ст.319 УК РФ было возбуждено только лишь ради торга, а когда торги не состоялись из-за моей несговорчивости, Следственное Управление решило увеличить прессинг на меня, предъявив обвинение еще и по ст.318 УК РФ так же по надуманному обвинению, надеясь, что это принудит меня быть более сговорчивой.

Соответственно, имеет место ущемления моих Конституционных прав на справедливое судебное разбирательство.

Во всех этих приведенных процессуальных документах различное описание одних и тех же действий, происходивших, по мнению следствия, в одно и тоже время, с участием одних и тех же лиц, и в одном и том же месте и это нарушение лишит суд возможности объективно разрешить вопрос о моей о виновности или невиновности.

Считаю, что, препятствия для рассмотрения данного дела заключаются в том, что в постановлении о привлечении к уголовной ответственности меня по уголовному делу в отношении меня и в постановлениях о привлечении к уголовной ответственности Магдиева Б. и Моллаева Н. по данному делу, события, имевшие место 17.06.2010 г., изложены по разному, чем нарушены требования ст.ст.171, 220 УПК РФ. Также считаю, что нарушения норм процессуального права, касающиеся составления постановлений о привлечении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. в качестве обвиняемых и обвинительных заключений, могут отразиться на всесторонности судебного следствия, что может привести к вынесению незаконного приговора на основе взаимоисключающих обстоятельств.

Следовательно, необходимо возвратить дело прокурору в связи с необходимостью устранения препятствий его рассмотрения судом, так как описание существа обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении, у обвиняемых, совершивших преступления в отношении друг друга в одно и то же время, в одном и том же месте, должны быть идентичным с учетом конкретной роли и действий каждого из них, что исключает возможность постановления судом приговора.

Так, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых, вынесенных в отношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а ч. 3 ст. 286 УК РФ следствие описывает действия сотрудников милиции, указывая, что : сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г. Хасавюрту Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х., Абдулхаджиев Б.А. и Юсупов А.Ю…..принудительно вывели Магомедову С.А. за территорию КПП. При этом у Магомедовой С.А. из рук выпали удостоверение адвоката и телефон мобильной связи. Магдиев Б.М. и Моллаев Н.Х…..взяв за руку Магомедову С.А. силой вытолкнули ее на асфальтированную часть дороги, в результате чего она, не удержавшись на ногах, упала и ударилась об асфальт, повредив подбородок, грудную клетку и правую руку. Описательная часть обвинительного заключения также содержит аналогичные сведения.

Из постановления о привлечении Магомедовой С.А. в качестве обвиняемой и соот­ветствующей части обвинительного заключения следует, что она применила насилие и оскорбила представителей власти при следующих обстоятельствах.

17 июня 2010г., примерно в 16 часов, Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х. и другие со­трудники специальной роты патрульно-постовой службы милиции ОВД по г.Хасавюрт доставили в отдел внутренних дел задержанную на посту КМП-250 в г. Хасавюрт Евтемирову M.JL, находящуюся в федеральном розыске по подозрению в совершении престу­пления, предусмотренного п.п. «а», «в» и «г» ч.2 ст. 161 УК РФ. В тот же день, примерно в 16 часов 10 минут для защиты интересов Евтемировой МЛ. адвокат Магомедова С.А. прибыла к ОВД по г. Хасавюрту, расположенному по адресу: г.Хасавюрт, ул. Даибова, 4 и, предъявив дежурному по контрольно-пропускному пункту Гойгишиеву М.Я. удостовере­ние адвоката, прошла во двор здания отдела внутренних дел.

Дежурный по КПП Гойгишиев М.Я., обязанный в соответствии с инструкцией «О пропускном режиме в административные здания и на охраняемые объекты МВД и ОВД по РД согласно приказа МВД по РД № 1139 от 13.07.2007», утвержденной приказом на­чальника ОВД по г.Хасавюрту № 150 от 23.08.2007 «Об утверждении инструкции о про- пускном режиме в административное здание ОВД», проверить реквизиты представлен­ного Магомедовой С.А. документа и записать их в книге регистрации посетителей, про­верить наличие временного или разового пропуска и при отсутствии такового выписать его, потребовал от Магомедовой С.А. вернуться обратно и дождаться получения разре­шения на вход в ОВД.

Проигнорировав требование Гойгишиева М.Я., Магомедова С.А. направилась к зданию ОВД. Выходившие в этот момент через КПП сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г.Хасавюрту Магдиев Б.М., Абдулхаджиев Б.К. и другие, находившиеся при исполнении своих должностных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, действуя в соответствии со ст.2 Закона РФ от 18.04.1991 № 1026-1 «О милиции», остановили Магомедову С.А. и вывели за КПП, по­требовав, чтобы она дождалась разрешения пройти на территорию ОВД. В ответ на за­конные требования указанных сотрудников милиции, Магомедова С.А. в нарушение ус­тановленного порядка пропускного режима ОВД по г.Хасавюрту попыталась незаконно проникнуть на КПП, несмотря на запрет преграждавших ей путь милиционеров. Из мес­ти за то, что милиционеры не пропустили ее на территорию ОВД, Магомедова С.А. умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбеж­ность того, что публично и в неприличной форме будут унижены честь, достоинство представителя власти, находящегося при исполнении им своих должностных обязанно­стей, желая наступления таких последствий, публично, в присутствии посторонних гра­ждан Адилова С.А. и Амирханова А.А., обозвала командира специальной роты Магдие- ва Б.М. «сволочью», «скотом», «сукой».

Затем Магомедова С.А., умышленно, осознавая, что действует в отношении пред­ставителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, сознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общест­венно опасных последствий в виде нарушения личной неприкосновенности, здоровья лиц, представляющих власть, и желая наступления таких последствий, применила в отноше­нии Абдулхаджиева Б.К. насилие, не опасное для здоровья, а именно, отталкивая стоявшего на ее пути Абдулхаджиева Б.К., схватила его за погон форменного милицейского кителя и дернула, сорвав на нем пуговицу.

В ответ на законные требования Магдиева Б.М. прекратить противоправные дейст­вия, Магомедова С.А. применила в отношении последнего насилие, не опасное для здоро­вья, схватив его за ворот футболки, дернула на себя, порвав футболку и поцарапав Магдиеву Б.М. ногтями грудь, причинив ему ссадины грудной клетки. После этого, Магоме­дова С.А., применяя насилие в отношении представителя власти Магдиева Б.М., бросила в него находившийся в ее руках мобильный телефон, однако Магдиев Б.М. увернулся. Про­должая свои указанные незаконные действия, Магомедова С.А. размахнулась находив­шейся в ее руках сумкой и попыталась ударить ею Магдиева Б.М. по лицу. Последний увернулся от удара, а Магомедова С.А. по инерции от размаха, не удержавшись на ногах, упала на землю и ударилась об асфальт подбородком, грудной клеткой и правой рукой, получив по неосторожности телесные повреждения.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи с п. п. 2 – 5 ч. 1 той же статьи, а также со ст. ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ возвращение дела прокурору в случае на­рушения требований УПК при составлении обвинительного заключения или обвинитель­ного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопро­изводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях на­рушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приго- вора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетель­ствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям УПК РФ.

В пункте 4 Постановления от 08.12.2003 N 18-П по делу « О проверке конституци­онности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» Конституционный Суд РФ дал расширительное толкование рассматриваемому основанию для возвращения уголовного дела прокурору, указав, что “Если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм Уголовно- процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не мо­гут считаться составленными в соответствии с требованиями данного Кодекса”. Отсюда вытекает, что суд по собственной инициативе или по ходатайству любой из сторон вправе возвратить дело прокурору для устранения допущенных в досудебном производстве про­цессуальных нарушений, для чего допускается выполнение необходимых следственных и иных процессуальных действий.

Кроме того, согласно разъяснению, содержащемуся в абз.З п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004г. №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. Поста­новлений Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 N 60, от 11.01.2007 N 1, от 09.12.2008 N 26, от 23.12.2008 N 28, от 23.12.2010 N 31), в случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рас­смотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не мо­жет устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей ини­циативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или пред­варительного следствия.

В соответствии с положениями ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должно содержаться, в частности, описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иные обстоятельства, подлежащие до­казыванию.

Статья 220 УПК РФ предписывает следователю также указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уго­ловного дела.

Исходя из смысла приведенных выше положений закона в предъявляемом обвине­нии, а равно в обвинительном заключении должны быть конкретно указаны обстоятельст­ва совершенного преступления, конкретные действия и роль обвиняемого при его совер­шении, чтобы позволить суду при исследовании доказательств объективно разрешить во­прос о виновности или невиновности привлеченного к уголовной ответственности лица.

Описание существа обвинения в постановлении о привлечении в качестве обви­няемого и в обвинительном заключении у обвиняемых и потерпевших, совершивших, по мнению следствия, преступления друг против друга в одно и то же время и в одном и том же месте и при одних и тех же обстоятельствах, должно быть идентичным с учетом кон­кретной роли и действий каждого из них.

Как видно по данным делам, указанные требования закона в части предъявления Магдиеву Б.М. и Моллаеву Н.Х. обвинения по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ, и Магомедовой С.А. по ч.1 ст.318 и ст.319 УК РФ, органом предварительного следствия не выполнены. Предъявленное Магдиеву Б.М. и Моллаеву Н.Х. обвинение и описательная часть обвини­тельного заключения имеет существенные противоречия с обвинением, предъявленным в этой части Магомедовой С.А., а также с описательной частью обвинительного заключения по делу в отношении последней.

Из текста постановлений о привлечении в качестве обвиняемых, вынесенных в от­ношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ от 19 июля 2011г. (т. 7 л.д. 53-57, 70-74) и в соответствующей части обвинительного заключения (т. 7 л.д. 112—114, 131-133), следователь, описывая действия указанных обвиняемых, подробно и конкретно указывая действия, связанные с физическим насилием в отношении потерпев­шей Магомедовой С.А., в частности, отмечает, что ” Сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г. Хасавюрту Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х., Абдулхаджиев Б.А. и Юсупов А.Ю, . принудительно вывели Магомедову С.А. за территорию КПП. При этом у Маго­медовой С.А. из рук выпали удостоверение адвоката и телефон мобильной связи. Магдиев Б.М. и Моллаев Н.Х. . взяв за руку Магомедову С.А. силой вытолкнули её на асфальти­рованную часть дороги, в результате чего она, не удержавшись на ногах, упала и удари­лась об асфальт, повредив подбородок, грудную клетку и правую руку (т.7 л.д.54, 71). Описательная часть обвинительного заключения также содержит аналогичные сведения (т.7 л.д.113-114, 132-133).

Читайте также:  Ходатайство по гражданскому делу

При описании этих же действий в постановлении о привлечении в качестве обви­няемой, вынесенного 27 июля 2011г. в отношении Магомедовой С.А. по 4.1 ст.318, ст.319 УК РФ, и в соответствующей части обвинительного заключения следователь ука­зывает о том, что ” После этого Магомедова С.А., применяя насилие в отношении пред­ставителя власти Магдиева Б.М., бросила в него находившийся в ее руках мобильный телефон, однако Магдиев Б.М. увернулся. Продолжая свои указанные незаконные дей­ствия, Магомедова С.А. размахнулась находившейся в ее руках сумкой и попыталась ударить ею Магдиева Б.М. по лицу. Последний увернулся от удара, а Магомедова С.А. по инерции от размаха, не удержавшись на ногах, упала на землю и ударилась об ас­фальт подбородком, грудной клеткой и правой рукой, получив по неосторожности те­лесные повреждения».

Из изложенного следует, что в приведённых процессуальных документах по раз­ному описаны одни и те же действия, происходившие, по мнению следствия, с участием одних и тех же лиц, в одно и то же время, в одном и том же месте при одних и тех же об­стоятельствах, что является нарушением требований положений ст.ст.171, 220 УПК РФ.

Кроме того, согласно ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, а потерпевший и обвиняемый участвуют в нём на ос­нове состязательности со стороны соответственно обвинения и защиты от обвинения. Сле­довательно, одно и то же лицо по одному и тому же событию преступления не может быть одновременно признано и обвиняемым и потерпевшим.

На необходимость такого правоприменения указал и Конституционный Суд РФ в своём Определении от 27.05.2010 №777-0-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жа­лобы гражданина Галкина И.А. на нарушение его конституционных прав пунктом 4 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Однако, как следует из приведённых процессуальных документов по уголовному делу в отношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ, а также их обвинительных документов в отношении меня по настоящему делу, я по одному и тому же событию преступления одновременно признана и потерпевшей, и обвиняемой, что не может быть признано за­конным.

Приведенные выше нарушения могут отразиться на всесторонности судебного следствия, привести к установлению судом взаимоисключающих обстоятельств.

На основании вышеизложенного в соответствии ст. 237 УПК РФ

Прошу:
возвратить уголовное дело № 06838 по обвинению меня в совершении преступлений, предусмотренных ст.319, ч.1 ст.318 УК РФ, Прокурору РД для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Прилагаю:
Копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого Магдиева Б.М,
Постановление о возврате прокурору РД уголовного дела от 22.09.2011г.

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

В ________________ районный суд

федеральному судье Иванову И.И.

От адвоката НО “Самарская областная коллегия

адвокатов” Антонова А.П., рег. № 63/2099

в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: г. Самара,

пр-кт Карла Маркса, д. 192, оф. 619

(ордер на защиту в уголовном деле)

« ____ » _________ 20 ___ г

в защиту (ордер в материалах уголовного дела)

«____» _________ 20 ___ г

Ходатайство

(дополнительное)

о возвращении уголовного дела прокурору

В производство _____________ районного суда города ______________ поступило уголовное дело в отношении С., О., обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. ___________________ УК РФ.

Мной осуществляется защита обвиняемого С.

В соответствии с заявленными письменными ходатайствами обвиняемых и их защитников, по делу назначено предварительное слушание на «_____» _____________ 20__г.

В соответствии со ст.237 УПК РФ, на предварительном слушании суд разрешает вопрос о наличии или отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

В нашем случае, в уголовном деле имеются достаточные данные для его возвращения прокурору по следующим основаниям:

В соответствии с п.1, ч.1, ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Как указал Конституционный Суд РФ в п.4 Постановления № 18-П от 08.12.03 г –

«если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации».

В соответствии с указаниями и разъяснениями Пленума ВС РФ в Постановлении № 1 от 05.03.04 г «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российский Федерации» —

13). Обвинительное заключение или обвинительный акт в соответствии с пунктами 5 и 6 части 1 статьи 220 УПК РФ и пунктом 6 части 1 статьи 225 УПК РФ должны включать в себя, в частности, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Если по делу привлечены несколько обвиняемых или обвиняемому вменяется несколько эпизодов обвинения, то перечень указанных доказательств должен быть приведен в отдельности по каждому обвиняемому и по каждому эпизоду обвинения.

Под перечнем доказательств, подтверждающих обвинение, а также под перечнем доказательств, на которые ссылается сторона защиты, понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники доказательств, но и приведение в обвинительном заключении или обвинительном акте краткого содержания доказательств, поскольку в силу части 1 статьи 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу

14). Под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого… и др.

Эти руководящие указания и разъяснения высшей судебной инстанции не были выполнены следователем, что повлекло неконкретность и противоречивость обвинительного заключения, неустранимые в суде.

Так, правильность (законность и обоснованность) применения органом расследования уголовного закона должна подтверждаться конкретными фактическими обстоятельствами, установленными следователем. Выводы и утверждения следователя не могут основываться на предположениях и противоречиях, которые не были устранены. Утверждение о совершении обвиняемым тех или иных противоправных действий должно быть основано на конкретных доказательствах, ссылка на которые должна быть приведена в обвинительном заключении.

Согласно обвинительному заключению (стр.2, 2-й и 3-й абзацы сверху), С. получил денежные средства, принадлежащие потерпевшему Б., в городе Москве, находясь по адресу ___________. Однако, согласно показаний самого потерпевшего Б. (том 2, л.д.18), он перечислил денежные средства на счёт С. в Сберегательном Банке РФ, находясь в отделении СБ РФ в городе Нижний Новгород, по адресу ______________.

В этом случае, местом получения денежных средств является данное отделение СБ РФ в городе Нижний Новгород, по указанному адресу.

Правильное определение места перевода и зачисления безналичных денежных средств обуславливает, в том числе, правильность определения места совершения преступления и подсудности данного уголовного дела.

(п.п.4,12, ППВС РФ № 51 от 27.12.07 г «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»).

Поскольку этот эпизод обвинения по времени является последним, то, в силу ч.ч.2,3 ст.32 УПК РФ, учитывая, что все инкриминируемые С. деяния равнозначны по тяжести, то, подсудность уголовного дела определяется по месту совершения этого (последнего) эпизода. Отсутствие в обвинении времени и даты совершения этого деяния, привело к тому, что данное уголовное дело было направлено в суд с учётом подсудности первого, а не последнего по времени окончания деяния, совершение которого инкриминируется С.

Поскольку обвинение в этой части не конкретизировано не только по времени и месту совершения деяния, но, также в описании действий С., то, суд не вправе подменять органы расследования и «подправлять» обвинение, уточняя квалифицирующие признаки состава преступления, в связи с чем уголовное дело подлежит возвращению прокурору.

В обвинении, предъявленном С. __________ в окончательной редакции, указано, что в неустановленные следствием время и место, при неустановленных обстоятельствах, С. получил эти денежные средства и использовал их по своему усмотрению (том.5, л.д.109, 4-й абзац сверху).

Однако, этот текст постановления следователя от «___» _________ 20___г о привлечении С. в качестве обвиняемого противоречит тексту обвинительного заключения, где место и время зачисления денежных средств на счёт___________ С. в СБ РФ указаны, хотя и ошибочно (обвинительное заключение, стр.2, 2-й и 3-й абзацы сверху).

Последнее стало возможным, поскольку обвинение было предъявлено С. с нарушением требований ч.5, ст.172 УПК РФ, согласно которой –

Следователь, удостоверившись в личности обвиняемого, объявляет ему и защитнику постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

При этом, следователь разъясняет обвиняемому существо предъявленного обвинения, а также его права, предусмотренные ст.47 УПК РФ, что удостоверяется подписями обвиняемого, его защитника и следователя на постановлении…

Как усматривается из данного постановления (стр.5, л.д.115, 2-й абзац снизу), следователь не выяснил, понятно ли С. предъявленное обвинение, и, хотя С. ответил, что обвинение ему не разъяснено и непонятно, следователь ограничился тем, что предоставил С. и его защитнику возможность прочесть текст обвинения. Однако, «дать прочесть» текст обвинения не означает «его разъяснить».

В обвинительном заключении отсутствуют ссылки на содержание и на сами документы, изъятые в отделении СБ РФ города Нижнего Новгорода, а имеется ссылка только на протокол выемки. Однако, протокол выемки подтверждает факт производства следственного действия, но, не может подменить сами доказательства – содержание изъятых документов.

При этом в заключении эксперта (том.3, л.д.25, середина), имеется ссылка на выписку по банковским счётам потерпевшего, а в уголовном деле эта выписка отсутствует, что препятствует проверке в суде этих сведений. Если же прокурор представит эту выписку в судебном заседании, то, она будет опровергать обвинение в той части, что органам расследования якобы не представилось возможным установить время и место совершения деяния, являющегося по его смыслу, последним по дате его совершения. При выполнении требований ст.217 УПК РФ (ознакомление с материалами уголовного дела) эта выписка стороне защиты не предъявлялась. Не учтено содержание этой банковской выписки и в постановлении о привлечении С. в качестве обвиняемого. Устранить этот дефект в обвинении на стадии судебного разбирательства невозможно.

При таких данных, уголовное дело подлежит возвращению прокурору на основании вышеизложенного.

Руководствуясь ч.5, ст.172; ст.220; п.1, ч.1; ст.237 УПК РФ —

ПРОШУ:

Возвратить уголовное дело прокурору для устранения допущенных следователем нарушений закона, с учётом доводов, приведённых в тексте настоящего ходатайства защиты.

Приложение: копия ходатайства для прокурора;

Адвокат ___________________ Антонов А.П.

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

Рассмотрение судом вопросов, определяющих необходимость возвращения уголовного дела прокурору является одним из наиболее спорных на практике.

Нередко, в схожих ситуациях, суды принимают прямо противоположные решения.

Однако, эта неоднозначность правоприменения обусловлена не только формальным отношением судей к содержанию ст.237 УПК РФ, но, прямым неисполнением закона.

Например, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29.06.04 г, № 13-П прямо указано, что запрет допроса на предварительном слушании лиц, которым известно что-либо об обстоятельствах производства следственных действий, приводит к нарушению конституционного права на судебную защиту. Это предусмотрено и в ч.3, ст.235 УПК РФ. Однако, имеются многочисленные примеры, когда судья отказывает в допросе свидетелей, препятствуя установлению в судебном заседании обстоятельств, влекущих безусловное возвращение уголовного дела прокурору.

В указанном Постановлении КС РФ разъяснено, что запрет обязывать лицо, обладающее свидетельским иммунитетом (в частности, адвокат), давать показания относительно обстоятельств досудебного производства, не исключает возможности допроса этих лиц, в том числе, по ходатайству стороны защиты, об обстоятельствах производства следственных действий при условии их согласия на это. Однако, имеется судебная практика, подтверждающая, что судьи отказывают в допросе кого-либо на предварительном слушании. А в допросе адвокатов защитников, даже при наличии их согласия, судьи отказывают, игнорируя, что такое ходатайство заявляет обвиняемый (подсудимый).

Эти негативные тенденции нарастают, поскольку допускаемые судами нарушения закона всё чаще остаются без реагирования вышестоящих судов.

Существует позиция и других юристов, считающих, что недоработки суда на предварительном слушании могут быть восполнены в последующем судебном разбирательстве. Но, тогда для чего введена Глава 34 УПК РФ о предварительном слушании? Чтобы она не соблюдалась? Вряд ли подобная позиция будет отвечать духу и смыслу уголовно-процессуального закона.

По нашему мнению, предварительное слушание необходимо рассматривать как дополнительную гарантию тому, что суд своевременно возвратит уголовное дело обратно прокурору, если такое решение неизбежно, но, его принятие в более поздних этапах рассмотрения дела в суде первой инстанции приведёт к напрасной трате времени и возможности объективно установить все обстоятельства уголовного дела.

С другой стороны, мы имеем дело с убеждённостью судьи. И если судью не убедили доводы, представленные сторонами, то, судья отказывает в возвращении уголовного дела прокурору и назначает судебное заседание. После изучения доказательств у судьи может появиться дополнительная мотивация для повторного рассмотрения вопроса о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Здесь необходимо оценивать ситуацию с позиций вышестоящего суда. Если в суде первой инстанции имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору, но, суд постановил приговор, то, вышестоящий суд оценивает законность приговора, отвечая, в том числе, на вопрос — могло ли повлиять и повлияло ли на законность приговора то, что уголовное дело не было возвращено прокурору?

И только в том случае, когда невыполнение судом требований ст.237 УПК РФ могло повлиять на законность проверяемого приговора, вышестоящий суд отменяет приговор и возвращает уголовное дело прокурору. Именно с такой целью, в УПК РФ предусмотрены эти правомочия не только для апелляции, но, также для судов кассационной и надзорной инстанций (п.3, ч.1, ст.401.14 и п.6, ч.1, ст.412.11 УПК РФ).

Подытоживая сказанное, целесообразно рекомендовать защите не спешить с заявлением ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору. Ведь в случае, если при постановлении приговора возникнут сомнения, которые невозможно устранить в суде, то, судья может пойти не смягчение положения подсудимого, то есть, на некий компромисс. И если условия этого компромисса приемлемы, то, защита может не настаивать на возвращении уголовного дела прокурору.

Если же не удалось найти компромисс по вопросу о возвращении или невозвращении уголовного дела прокурору, то, защита вправе обжаловать эти действия и решения суда, в том числе, имевшие место на предварительном слушании, в суд второй (апелляционной) инстанции.

Ссылка на основную публикацию

Ходатайство о возвращении уголовного дела

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

Судье ____________ федерального суда
Г. ____________
_______________________

Адвоката КА «_________________»
_______________________
в интересах потерпевшего ______________

Ходатайство
о возвращении уголовного дела прокурору

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению _____________________________ в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 159 и 163 УК РФ.
Потерпевшим по делу на основании постановления следователя СО при __________ РОВД г. _________ ____________ от 7. 03. 07 г. признан _____________, интересы которого я представляла и на предварительном следствии.
Предварительное следствие по делу завершено __________ г.
В соответствии ч. 2 ст. 215 УПК РФ следователь уведомляет об окончании следственных действий защитника, законного представителя обвиняемого, если они участвуют в деле, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей.
В нарушение указанной нормы закона уведомление об окончании предварительного следствия следователь мне не направил, с материалами уголовного дела, несмотря на то, что я являюсь представителем потерпевшего, не ознакомил.
Об окончании предварительного следствия мне и ___________ стало известно только случайно.
Имеющиеся в материалах дела уведомление, направленное в адрес __________ датированное ______________ г., о явке его _____________ г. в кабинет следователя для ознакомления с материалами дела до сих пор до ____________ не дошло. Более того, по смыслу закона уведомление должно быть направлено заблаговременно, чтобы оно могло дойти до заинтересованного лица.
Кроме того, в материалах дела имеются номера наших телефонов, и при желании следователь мог бы известить нас по телефону, как ранее делал при проведении следственных мероприятий.
Тем самым, следователь умышленно лишил меня и __________ возможности по окончании предварительного расследования знакомиться с материалами уголовного дела, выписывать из дела сведения, касающиеся нашего дела, снимать копии, заявлять ходатайства о допросе свидетелей, представлять доказательства, приносить жалобы на действия( бездействия ) следователя и т. д., .е. прав, предусмотренных ст. ст. 42 и 45 УПК РФ.
Более того, мне стало известно о том, что уголовное преследование в отношении _____________ по всем эпизодам предъявленного ему обвинения, кроме одного, прекращено в связи с его непричастностью к преступлениям и отсутствием в его действиях состава преступления.
По этим же основаниям прекращено уголовное преследование в отношении ____________, несмотря на его признательные показания, данные им на предварительном следствии с участием адвоката.
В соответствии с ч. 1 ст. 213 УПК РФ уголовное дело прекращается на основании постановления следователя, копия которого направляется прокурору.
Ч. 4 ст. 213 УПК РФ предусматривает вручение или направление копии постановления о прекращении уголовного дела лицу, в отношении которого прекращено уголовное преследование, потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику.
Копию постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ______________ и _____________ потерпевшему следователь не вручал и не направлял, нет таких данных и в материалах дела.
Складывается такое впечатление, что следователь специально, чтобы мы не имели возможность обжаловать данные постановления, скрыл их от нас, т.е. не обеспечил гарантированное Конституцией РФ право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Таким образом, на предварительном следствии по данному делу допущены существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, неустранимые в судебном заседании.
Без устранения этих нарушений, _____________ будет ущемлен в правах и по существу лишен судебной защиты.
Согласно п. п. 3 п. 4 постановления Конституционного Суда РФ от 08. 12. 2003 г. № 18- П « По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 236, 237, 239, 246 УПК РФ» возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или по инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства
При этом основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют, в том числе о несоответствии обвинительного заключении или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.
С учетом изложенного, руководствуясь ст. 237 УПК РФ и постановлением Конституционного Суда РФ от 8. 12. 2003 г. № 18- П « По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 229, 236, 237, 239, 246 УПК РФ»

Прошу:
Вернуть уголовное дело по обвинению __________________ по ст. 163 УК РФ прокурору для устранения допущенных в ходе предварительного следствия существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Образец ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом (часть 5 статьи 264 УК РФ)

Федеральному судье …. . городского суда МО

от адвоката Адвокатской конторы № 23 «Бутырская»

Московской городской коллегии адвокатов

Кусаева Алексея Николаевича,

моб. тел. 8 916 758 01 00

127015, г. Москва, ул. Бутырская, д. 6

в защиту интересов

по уголовному делу № 11 ….

возбужденного ……. . 2017 года

по признакам преступления, предусмотренного

ч. 5 ст. 264 УК РФ

о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его

В производстве … ……. городского суда МО имеется уголовное дело, возбужденное в отношении ………… по признакам преступления предусмотренного ч.5 ст. 264 УК РФ.

Ознакомившись с материалами уголовного дела и обвинительным заключением, считаем, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В соответствии со ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно со ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления им прав. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствии его рассмотрения судом в случаях, если: обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

По правилам, предусмотренным ч.1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: 1) фамилии, имена, отчества обвиняемого или обвиняемых; 2) данные о личности каждого из них; 3) существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; 4) формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление; 5) перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; 6) перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причинённого ему преступлением; 9) данные о гражданском истце и гражданском ответчике.

Между тем, расследованием уголовного дела не установлено место совершения преступления .

Так, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от …… 2018 года (т. 2 л. д. 225) указано место: «… двигался по прямолинейному горизонтальному участку 470+300 км автодороги ….. , в направлении г. Москва, проходящей по территории ………..МО…… », то есть 470+300 км = 770 км – фактически место происшествия находится за пределами МО. Аналогичная фабула произошедшего указана в обвинительном заключении. При этом сведения о месте происшествия, указанных в итоговых документах уголовного дела ( постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении ) кардинально отличаются от информации зафиксированной в материалах производства. Считаю это грубейшим нарушением уголовно-процессуального законодательства, которое невозможно устранить в судебной процессии, так как суд не может давать оценку таким документам как обвинительное заключение и постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а тем более проводить расследование уголовного дела с целью определения места совершения преступления. Полагаю, это заслуживает внимания.

Кроме того, вышеуказанном постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении указано: «… обязывающих водителя знать и соблюдать относящиеся к нему требования правил, знаков разметки, ч.1 п. 1.5 тех же Правил, обязывающих водителя действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, ч.1 п. 10.1 ПДД РФ …». В резолютивной части итоговых документах следствие также ссылается на часть 1 п.1.5 и 10.1 ПДД РФ. При этом в п. 1.5 и 10.1 ПДД РФ отсутствует часть 1 , то есть её не существует в принципе. Орган предварительного следствия не является законодательным органом и не имеет права/полномочий надумывать свои атрибуты – это прямое нарушение уголовно-процессуального закона по уголовным делам в сфере ДТП, тем более указанных в итоговых документах.

Далее, стороной защиты в рамках предварительного следствия несколько раз было заявлено ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении Р.… ……. . в связи с отсутствием состава преступления. При этом сторона защиты ссылалась на проведённое доцентом кафедры «Организация и безопасность движения»» Московского автомобильно-дорожного государственного технического университета (МАДИ) В……. автотехническое исследование (т. 2 л.д.130-151), которое своим заключением делает вывод о непричастности Р……. к совершению инкриминируемого преступления. Между тем следователь указанное доказательство в ряд доказательств в обвинительном заключении, на которое ссылается сторона защиты, не включила, тем самым нарушила право на защиту. Тем более установленная экспертным путём невиновность Р… ……. . следствием ни чем не опровергнута.

Данное нарушение искажает принцип состязательности и равноправие сторон, явно отражающий, по моему мнению, обвинительный уклон предварительного следствия.

Согласно ч.3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Это предполагает предоставление участвующим в судебном разбирательстве сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих прав и законных интересов, включая возможность заявления ходатайств, обжалования действий и решений суда, осуществляющего производство по делу.

Конституционный Суд РФ в Постановлениях от 10 декабря 1998 года по делу о проверке конституционности части второй статьи 335 УПК РФ РСФСР, от 15 января 1999 года по делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 295 УПК РСФСР и от 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвёртой и пятой статьи 377 УПК РСФСР указывал, что необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая, по смыслу статьи 46 (части 1 и 2) Конституции РФ и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должна быть справедливой, полной и эффективной.

Кроме того, в соответствии с ч. 4 Постановления Конституционного суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованием данного Кодекса.

Так, не углубляясь в процесс расследования и доказательную базу, хотелось бы отметить, что по уголовным делам в сфере ДТП осмотр места происшествия и приложение к нему в виде схемы, является самым главным документом, соответственно и доказательством.

При этом, протокол ОМП и схема к нему (т.1 л.д.12-33) составлены с грубым нарушением УПК РФ, а именно: время составления схемы 09 часов 10 минут , а следственное действие – осмотр места происшествия проведено в период времени с 09 часов 47 минут по 13 часов 20 минут . Между тем, согласно части 8 ст. 166 УПК РФ схема является приложением к протоколу ОМП.

Кроме того, указанная в схеме дорожная обстановка ДТП с указанием произведённых замеров не отражена в описательной части ОМП – то есть в схеме указаны замеры расположения обстановки, а в ОМП они отсутствуют. Более того, в протоколе ОМП имеются незаполненные пробелы для вписания числового значения (что явно видно визуально).

Таким образом, данный протокол осмотра места происшествия и схема к нему являются недопустимым доказательством, так как с огласно ст. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»: « доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами» .

Также хотелось бы отметить, что схема составлялась для оформления административного правонарушения сотрудником ГИБДД – это видно по бланку (где написано « Схема места совершения административного правонарушения »), хотя материалы административного правонарушения не приобщены к материалам уголовного дела. Тем более, следователь отказывая в удовлетворении ходатайства защиты, в частности, и отказывая в признании недопустимости в качестве доказательств ОМП и схемы к нему, прямо указывает, что «… прибыл экипаж ГИБДД, инспектор которого начал составлять схему места совершения административного правонарушения ….

…09.10 минут – время начала составления схемы, что соответствует времени прибытия экип а жа ГИБДД…

…сотрудник ГИБДД – М….. ., который осуществил составление схемы места административного правонарушения , которая была приобщена к протоколу осмотра места происшествия …» (т.2 л.д . 211-217). Тем самым следователь сама не отрицает, что схема составлялась именно к материалам административного правонарушение, а никак не к осмотру места происшествия регламентированных в рамках УПК РФ.

Следует отметить, что стороной защиты ранее неоднократно поступали ходатайства в адрес следствия о проведении автотехнической судебной экспертизы с целью установления механизма ДТП и места столкновения автомобилей. Однако следствием данные доводы грубо проигнорированы и в удовлетворении ходатайств было необоснованно отказано, ссылаясь на то, что им самим было установлено место столкновение на месте происшествия и согласно материалам уголовного дела, в частности, в соответствии сведений отражённых в протоколах допросах свидетелей (которые между собой противоречивы) – на мой взгляд могут быть субъективными.

По моему мнению, при назначении автотехнической судебной экспертизы следователи по надуманным основаниям не поставили перед экспертом вопрос о месте столкновения и механизме ДТП, что ярко подчеркивает необъективность и односторонность проведения предварительного следствия при расследовании данного уголовного дела.

В связи с чем, сторона защиты была вынуждена инициировать проведение автотехнического исследования, в ходе которого установила обстоятельства совершения ДТП.

Кроме того, в рамках не проведены очные ставки, следственные эксперименты и др. следственные действия для устранения противоречий, однако указанные в ходатайствах недочёты следствием необоснованно и по надуманным основаниям игнорировались, чем нарушили право на защиту. Хотя по принципу равноправия расследование уголовного дела должно быть всесторонним и объективным.

Читайте также:  Ходатайство о взыскании судебных расходов

Подводя итог вышеописанному, можно с уверенностью утверждать, что без устранения указанных нарушений судом будет невозможно рассмотреть уголовное дело должным образом.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст . 53, 237 УПК РФ,

Возвращение уголовного дела прокурору

Иногда в период предварительного слушания либо в ходе судебных разбирательств возникают основания для возврата материалов уголовного дела в прокуратуру на дополнительное расследование. Но данная процедура имеет ряд особенностей, о которых должна знать каждая сторона судопроизводства.

Основания возвращения уголовного дела прокурору

В соответствии со ст. 237 УПК РФ материалы делопроизводства могут быть переданы в прокуратуру для дополнительного расследования. Основаниями для подобных действий могут выступать:

  • наличие неточностей в обвинительном заключении (акте), в связи с чем судья лишается права на вынесение приговора по судопроизводству;
  • стороне обвинения не передавался обвинительный акт;
  • если в ходе судебного заседания выясняется, что обвинительный акт должен быть составлен с приложением постановления об использовании методов медицинского воздействия;
  • при обнаружении причин для объединения нескольких уголовных производств в одно;
  • обвинение во время ознакомления с документацией не предоставило обвиняемому информацию о его правах, регламентируемых ст. 217 УПК РФ.

Основания возврата на повторное разбирательство

На основании материалов, изложенных в обвинительной документации, можно сделать вывод о том, что в отношении обвиняемого либо гражданина, к которому должны быть применены медицинские методы воздействия, требуется изменение квалификации совершенного деяния на более тяжкое преступление, опасное для общества. Также возвращение уголовного дела прокурору произойдет, если общественная опасность и тяжесть совершенных обвиняемым поступков будет определена в ходе судебного разбирательства либо предварительного слушания.

На заметку! Инициатором возвращения дела прокурору может выступать судья либо одна из участвующих в процессе сторон, в том числе сам прокурор. Для этого потребуется составить соответствующее ходатайство.

Процессуальный порядок рассмотрения и разрешения судом вопроса о возвращении уголовного дела прокурору

При обнаружении вышеперечисленных обстоятельств суд возвращает делопроизводство обвинителю с целью устранения недостатков на протяжении максимум 30-ти суток. Далее судье потребуется на основании норм, обозначенных в ст. 108, 109, 255 УПК РФ, принять решение о применении к обвиняемому методов пресечения.

После возвращения уголовного дела на дополнительное расследование вся следственная и прочая процессуальная работа должна соответствовать требованиям, обозначенным в УПК РФ. Но данное положение будет противоречить Конституции РФ. В связи с этим, после передачи судом делопроизводства обратно в прокуратуру и далее в следственные органы, дознаватель во время повторного следствия будет руководствоваться Конституцией РФ и ст. 221, 226 УПК РФ. На основании данных законодательных норм представитель органов дознания вправе совершать все необходимые следственные и процессуальные процедуры, а также предъявить нарушителю новое обвинение, оформленное актом либо заключением.

Обратите внимание! Промежуток для вновь собранной доказательной базы определяется ч. 2 ст. 237 УПК РФ, другие доказательства на судебном заседании учитываться не будут.

Постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору

Возврат делопроизводства на доследование в прокуратуру оформляется судьей в виде постановления. Оно должно содержать следующие сведения:

  • необходимые разъяснения, касающиеся рассмотрения материалов;
  • обозначается инициатор, по ходатайству которого дело возвращается органам следствия;
  • отражаются все выявленные неточности обвинительного заключения;
  • заслушанные мнения участников процесса;
  • информацию о правилах обжалования судебного решения.

Возврат материалов в прокуратуру

Важно! При вынесении судом постановления о передаче материалов на доследование должны соблюдаться все положения ст. 7 УПК РФ. В противном случае при отсутствии в документе информации, обосновывающей возврат дела на расследование, постановление может быть отменено.

Возможности возвращения уголовного дела на досудебное производство

В связи с тем, что основанием для возврата на дополнительное разбирательство не может служить неполное раскрытие правонарушения, то в настоящее время очень часто используется ст. 237 УПК РФ в судебной практике. Именно она служит поводом для повторной передачи результатов следствия в прокуратуру.

Возможности, по которым стороны имеют право ходатайствовать о передаче дела на досудебное разбирательство, регламентируются ч. 1. 2. ст. 237 УПК РФ, среди них выделяются следующие ситуации:

  1. Возникновение новых опасных для общества последствий после передачи материалов следствия в судебную инстанцию в результате совершения обвиняемым уголовного преступления. В данном случае возникает основание для предъявления нарушителю более тяжкого обвинения.
  2. Отмена вышестоящей судебной инстанцией ранее вынесенного приговора по делопроизводству на основании возникших обстоятельств, влекущих за собой предъявление нарушителю обвинения по более тяжкой статье УК и усиление мер наказания.

Обозначенные выше обстоятельства могут служить поводом для повторного возврата делопроизводства на расследование в судах следующих инстанций:

Обратите внимание! Из всего вышесказанного можно сделать вывод о том, что сторона обвинения наделена правом на инициирование повторной передачи материалов следствия в прокуратуру для новой проверки, если в ходе судебных разбирательств откроются обстоятельства, по которым обвиняемый может быть привлечен к более серьезной ответственности за совершение тяжких деяний.

Может ли прокурор вернуть дело следователю

Прокурорское право на возврат уголовного дела на дополнительное расследование закреплено на законодательном уровне. Общие принципы и порядок возврата и действия прокурора, зависящие от итогов доследования, регламентируются следующими статьями УПК РФ:

  • №37 п. 15 ч. 2;
  • №221 п. 3 ч. 1;
  • №226 п. 2 ч. 1;
  • №439 п. 2 ч. 5.

После того, как суд возвращает дело на доследование, прокурором принимается одно из следующих действий:

  1. Обвинительный акт утверждается и передается в суд.
  2. Материалы следствия направляются следователю (дознавателю) для повторного расследования.
  3. Обвинительная документация пересылается в прокуратуру с более широкими полномочиями в случае, когда судопроизводство осуществлялось в суде более высокой инстанции.

Если уголовное дело прокурор вернул следователю, то работник следственных структур вправе обжаловать подобное действие у вышестоящего начальства на протяжении 72 часов.

Обратите внимание! Если возвращение дела следователю связано с возникновением ситуаций, определяемых УПК РФ, то период дополнительного расследования не должен превышать месяца со дня поступления необходимых материалов.

Образец ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору

Возвращение уголовного делопроизводства на повторное расследование возможно на любой стадии судебного процесса. Но наиболее просто эту процедуру осуществить во время предварительного слушания, так как оно и проводится с целью устранить все вопросы по делу до начала разбирательств.

Если обстоятельства, требующие возврата на доследование, выяснились во время процесса, то заинтересованной стороне потребуется составить ходатайство. Например, если первая судебная инстанция не приняла прошение участника процесса о возвращении материалов следствия на повторную проверку, то можно обратиться в вышестоящую инстанцию. Суд будет рассматривать вынесенный приговор и даст оценку влияния на него отправки дела на дополнительное расследование.

Последние листы ходатайства

Если вышестоящий суд определит, что суд первой инстанции не учел нормативов, определенных в УПК, то далее делопроизводство будет передано на дополнительную проверку. Для написания заявления можно воспользоваться образцом, приведенным ниже.

Дело возвращено прокурору – что дальше

Существует множество причин, по которым материалы следствия могут быть переданы в прокуратуру:

  • устранение недостатков;
  • уточнение определенных событий;
  • увеличение количества необходимых фактов и прочее.

Обратите внимание! После передачи материалов судебный процесс не завершается, а приостанавливается. За время приостановки работник прокуратуры должен добавить необходимые корректировки, документацию и прочие поправки посредством указаний, выдаваемых следователю.

На основании ч. 6 ст. 162 УПК РФ прокурор обладает правом самостоятельного определения длительности доследования в пределах 1 месяца. На протяжении этого периода он и руководитель следственного органа будут осуществлять контроль над соблюдением всех рекомендаций для устранения недостатков в материалах уголовного дела и соблюдением сроков дополнительного расследования. Ведь от качества проведенных мероприятий будет зависеть возможность суда на вынесение приговора.

Следовательно, процедура возврата материалов в прокуратуру для доследования должна иметь веские основания, если ее инициировали во время разбирательств. Заинтересованной стороне следует основательно подготовиться к данному процессу.

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору

Момент исчисления срока следствия

В моем производстве длительное время находится уголовное дело по обвинению Доверителя в совершении преступления, предусмотренного п. “а” ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Один раз производство по нему уже завершалось вынесением обвинительного приговора, по которому моему клиенту пришлось чуть более трех месяцев провести в следственном изоляторе.

Указанный приговор судом апелляционной инстанции был отменен по жалобам стороны защиты, а само уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В ходе возобновленного следствия оно также возвращалось руководителем следственного органа следователю для дополнительного расследования, которое, несмотря на небольшой объем предполагаемых к выполнению процессуальных действий, затянулось на долгие семь месяцев.

В настоящее время уголовное дело вновь поступило в районный суд Москвы для рассмотрения по существу.

Для стороны защиты данное событие не явилось неожиданностью и было, можно сказать, долгожданным: все обвиняемые к этому моменту чувствовали явное моральное истощение и всех волновал лишь один вопрос – “Когда же это закончится?”, на прекращение осуществляемого преследования по заявленным адвокатами ходатайствам никто особо и не надеялся, однако в ходе ознакомления с его материалами в порядке ст. 217 УПК РФ были выявлены обстоятельства, которые могли стать новыми аргументами в отстаивании позиции подзащитных.

Так, при ознакомлении с делом мной было установлено, что оно находилось у руководителя следственного органа, возвратившего его следователю для проведения дополнительного расследования, на протяжении 17 дней и, что самое интересное, этот срок не был включен в общий срок предварительного следствия после его возобновления с момента принятия к своему производству следователем.

Полагая, что такой подход к исчислению срока следствия неправомерен, защитой было подготовлено и в ходе предварительного слушания в районном суде заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела утвердившему обвинительное заключение прокурору следующего содержания.

Мотивировка доводов о нарушении сроков следствия

В соответствие с положениями ст. 162 УПК РФ, предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела.

В срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

Срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа соответствующего уровня.

При возвращении руководителем следственного органа уголовного дела следователю для организации дополнительного расследования срок такового устанавливается в пределах одного месяца.

В соответствие с положениями ст. 39 УПК РФ, руководитель следственного органа дает следователю согласие на направление уголовного дела вместе с обвинительным заключением для его последующего направления в суд. Такого согласия руководитель следственного органа вправе и не дать, возвратив уголовное дело следователю для организации дополнительного расследования.

При этом, уголовно-процессуальный закон не предоставляет руководителю следственного органа отдельное время для изучения уголовного дела и принятия данного решения.

В силу установленного ст. 162 УПК РФ правила непрерывности срока следствия руководитель следственного органа должен принимать решение не позднее для, в который он получает уголовное дело вместе с обвинительным заключением.

В соответствие с п. 1.23 Приказа Следственного Комитета РФ от 15.01.2011 года «Об организации процессуального контроля в Следственном Комитете РФ», руководитель следственного органа изучает материалы уголовного дела не позднее чем за 5 суток до направления следователем участникам уголовного судопроизводства уведомления в соответствии с ч. 2 ст. 215 УПК РФ.

После составления следователем обвинительного заключения незамедлительно, но не позднее 24 часов с момента его подписания обеспечивает изучение уголовного дела и после согласования обвинительного заключения направляет дело прокурору с сопроводительным письмом.

Таким образом, как следует из системного толкования вышеприведенных норм уголовно-процессуального закона, все свои процессуальные полномочия руководитель следственного органа обязан реализовать исключительно в пределах срока предварительного расследования, установленного в предусмотренном УПК РФ порядке; поступление уголовного дела к руководителю следственного органа с обвинительным заключением срок предварительного следствия не приостанавливает, его течение непрерывно продолжается непосредственно до направления такового надзирающему прокурору.

Однако, при установлении и исчислении срока предварительного расследования следственным органом указанные положения уголовно-процессуального закона не были учтены.

Как следует из материалов уголовного дела, на момент его поступления к руководителю следственного органа 11 октября 2015 года срок следствия составил 07 месяцев 29 суток (том 00 л. д. 000).

В этот же день постановлением руководителя следственного органа уголовное дело возвращено следователю Иванову И.И. для организации дополнительного расследования с установлением срока предварительного расследования – 1 месяц (том 00 л. д. 000-000).

Следователю уголовное дело поступило лишь 28 октября 2015 года и в этот же день постановлением руководителя следственного органа для производства дополнительного расследования было передано в другой подчиненный ему следственный орган (том 00 л. д. 000-000).

Обвинительное заключение следователем Петровым П.П. было составлено 27 ноября 2015 года и в этот же день вместе с уголовным делом с согласия руководителя следственного органа направлено прокурору.

06 декабря 2015 года обвинительное заключение было утверждено прокурором.

Таким образом, течение установленного в предусмотренном УПК РФ порядке срока предварительного расследования окончилось 11 ноября 2015 года, составило 08 месяцев и 29 суток, и далее руководителем вышестоящего следственного органа не продлевалось.

Исходя из буквального толкования положений ст. 162 УПК РФ и правила непрерывности срока следствия, на момент составления обвинительного заключения 27 ноября 2015 года срок предварительного расследования составил 09 месяцев и 16 суток, однако таковой до указанной даты в установленном порядке не продлевался.

При этом не может быть принято во внимание длительное, в течение 17 дней, время нахождения уголовного дела у руководителя следственного органа до момента возвращения его в производство следователя Иванова И.И.: с 11 по 28 октября 2015 года, так как срок следствия, повторюсь, в этот период не прерывался, а продолжал свое течение.

Уголовное дело в этот период, до момента принятия его к производству следователем Ивановым И.И., пределы помещения указанного следственного органа не покидало, а потому такая длительная его процессуальная неопределенность неприемлема в принципе.

Более того, 28 октября 2015 года, уголовное дело было передано для производства следствия в другой следственный орган и в этот же день оно уже было принято к производству следователем Петровым П.П.

То есть, из одного следственного органа в другой уголовное дело было передано в течение одного рабочего дня, тогда как в пределах одного и того же следственного органа оно находилось в процессуальной неопределенности 17 дней, что как незаконно, так и просто не оправданно.

Из вышеизложенного определенно следует, что в случае отказа в согласовании обвинительного заключения и возвращения уголовного дела следователю руководителем следственного органа, правило о начале течения срока дополнительного расследования с момента принятия уголовного дела следователем к своему производству неприменимо, так как срок предварительного следствия продолжает свое течение и не прерывается вплоть до направления уголовного дела прокурору.

Соответственно и прокурором обвинительное заключение было утверждено за пределами установленных уголовно-процессуальным законом сроков.

В соответствие с положениями пункта 1 части 1 статьи 237 УПК РФ в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, то уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В данном случае, таковое подлежит возвращению прокурору для установления срока следствия и составления обвинительного заключения в его пределах.

Составление обвинительного заключения за пределами установленного в предусмотренном УПК РФ порядке срока предварительного расследования является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неустранимым судом, и свидетельствует об отсутствии в уголовном деле обвинительного заключения, как такового.

Суд нарушения сроков следствия не усмотрел

По мере изложения мной доводов данного ходатайства настроение государственного обвинителя заметно менялось: сначала весь его внешний вид источал надменность, а лицо выражало ухмылку, затем полное безразличие и тотальную безэмоциональность, потом некоторый испуг, а после оглашения мной резолютивной части прокурор в ужасе обратил свой вопрошающий взор на председательствующего судью.

Читайте также:  Образец ходатайства о признании доказательства недопустимым

Опытный судья, председательствующий в процессе, и выслушавший явно не одну сотню подобных ходатайств, также изначально не придал данному факту никакого значения, но уже после оглашения мной первой трети доводов взял в руки уголовно-процессуальный кодекс и стал его внимательно изучать, а весь его внешний вид стал выражать явную заинтересованность.

Но, несмотря, на мой взгляд, достаточную аргументацию заявленного мной ходатайства, районный суд по результатам предварительного слушания не усмотрел нарушения срока следствия по делу, и принял решение об его отклонении.

При этом в постановлении судьи не приводится доводов, на основании которых им был сделан соответствующий вывод. В решении лишь указано, что ходатайство подлежит отклонению, так как обвинительное заключение составлено в соответствии с УПК РФ.

Это является обыкновенной практикой отдельных судей: в том случае, когда никаких доводов в ответ на требования защитника они привести не могут, всегда ограничиваются достаточно аморфной и универсальной формулировкой – “каких-либо нарушений суд не усматривает”.

Однако, считаю подобную практику однозначно порочной, так как она фактически ведет к несправедливому судебному разбирательству, лишая подсудимого права знать, по какой причине и на основании какой именно нормы закона его процессуальная позиция признана необоснованной.

Такое положение вещей следует признать грубейшим нарушением прямых указаний статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 Пакта о гражданских и политических правах, а также обеспечиваемых Конституцией Российской Федерации основных процессуальных прав каждого подсудимого.

Тем не менее, рассмотрение уголовного дела продолжается, все решения суда мной будут обжалованы в установленном порядке, о результатах рассмотрения апелляционных жалоб будет сообщено дополнительно, так как, по мнению стороны защиты, в данном конкретном случае нарушения срока следствия по уголовному делу очевидно и не вызывает никаких сомнений.

Незаконный же и необоснованный отказ председательствующего удовлетворить подобное ходатайство стороны защиты следовало бы расценивать как предвзятое к делу со стороны судьи отношение и фактическое принятие им позиции стороны обвинения, что недопустимо.

Полный текст ходатайства адвоката Елены Сергун о возвращении уголовного дела в отношении Марины Шуляк прокурору

Как мы уже сообщали, сегодня в Октябрьском районном суде состоялось первое заседание по делу Марины Шуляк. В ходе процесса было озвучено ходатайство адвоката Елены Сергун о возвращении уголовного дела прокурору района. Судья счел данное ходатайство преждевременным и приобщил документ к материалам дела. Приводим полный текст ходатайства:

Моей подзащитной Шуляк Марине Александровне, как это следует из обвинительного заключения, оглашенного государственным обвинителем, вменяется совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, а именно мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Не затрагивая доказательственной базы обвинения по уголовному делу №604040, обращаю внимание суда на то, что оглашённое сейчас обвинительное заключение не соответствует основным требованиям, указанным в ст.220 УПК РФ, что грубо нарушает право подсудимого на защиту в силу неконкретности предъявленного обвинения, построенного на предположениях.

Квалификация действий подсудимого по ч.3 ст.159 УК РФ предполагает обязательное указание в обвинительном заключении на доказательства подтверждающие:

1)корыстный мотив в действиях подсудимого;

2)обстоятельства возникновения преступной группы, состав её участников, распределение ролей между ними, конкретизированные элементы состава преступления у каждого из участников этой группы, в том числе у подсудимого, в виде описания объективной и субъективной стороны преступления, совершённого каждым участником группы с учётом распределения ролей;

3)конкретная и обоснованная сумма причинённого ущерба.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, в числе прочих, в частности, являются: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; характер и размер вреда, причиненного преступлением, обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния.

Согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершённого преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Кроме того, в обвинительном заключении следователь обязан указать перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания (п.6 ч.1 ст.220 УПК РФ); данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причинённого ему преступлением (п.8 ч.1 ст.220 УПК РФ).

Для реализации права на защиту обвиняемый должен понимать сущность предъявленного обвинения, в котором должно быть чётко изложено, какие противоправные действия ему вменяются и какими доказательствами вина обвиняемого подтверждается.

Как следует из оглашённого обвинительного заключения, органами предварительного следствия не установлен круг лиц, находившихся по версии государственного обвинителя в предварительном сговоре с подсудимой, конкретное время, место и обстоятельства вступления неустановленных следствием лиц в преступный сговор, корыстные мотивы в действиях каждого из участников.

Вывод в обвинительном заключении о наличии группы лиц, действующих по предварительному сговору, основан исключительно на предположениях, что лишает подсудимую возможности защищаться, а адвокатов – возможности осуществлять квалифицированную защиту Шуляк М.А. в полном объёме.

Приведённый в обвинительном заключении довод о наличии корыстного мотива в действиях подсудимой Шуляк М.А., а также о наличии корыстного мотива у членов неустановленной группы лиц, действующих по предварительному сговору совместно с Шуляк М.А., противоречит указанному в обвинительном заключении факту о том, что простые именные акции ЗАО «Аркада-С» в количестве 30 штук, имущественное право на которые перешло от Богданова И.А. к ЗАО «Аркада-С» согласно договору купли-продажи ценных бумаг и передаточному распоряжению от 12.10.2005 года, не передавались конкретному лицу, а попадали на баланс общества и становились не голосующими акциями. Спустя три года на стоимость этих акций был уменьшен уставный капитал ЗАО «Аркада-С».

Из обвинительного заключения следует также, что Шуляк М.А. на протяжении всего периода времени – как до 2005 года, так и после, являлась наёмным работником и никогда не была акционером общества, в связи с чем никакой личной выгоды от переданных от Богданова И.А. на баланс ЗАО «Аркада-С» акций получить не могла.

Шуляк М.А. никогда не владела, не пользовалась и не распоряжалась имущественными правами на акции, ранее бывшими в собственности у Богданова И.А. Никаких доказательств обратного в обвинительном заключении не приведено.

Таким образом, вывод, содержащийся в обвинительном заключении, что «Шуляк М.А. и неустановленные соучастники преступления получили юридически обеспеченную возможность владеть, пользоваться и распоряжаться похищенными акциями ЗАО «Аркада-С» по собственному усмотрению и в своих корыстных интересах путём совершения в отношении имущества общества любых действий», строится на предположениях и противоречит содержательной части обвинительного заключения.

Более того, в обвинительном заключении ни слова не говорится о том, какое отношение эти неустановленные следствием лица вообще имеют к ЗАО «Аркада-С».

О том, что квалифицирующий признак ст.159 УК РФ в виде совершения мошенничества группой лиц, действующей по предварительному сговору, вменённый Шуляк М.А., основан на предположениях, было указано в постановлении заместителя прокурора Октябрьского района города Саратова от 03.10.2013 года о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование, на которое имеется ссылка в обвинительном заключении.

За период дополнительного расследования следователем ни один из указанных прокурором недостатков устранён не был, что также подтверждается словами государственного обвинителя, внесёнными в протокол предварительного слушания от 06.02.2014 года по данному делу: «указанные в постановлении первого заместителя прокурора Октябрьского района г. Саратова от 03.10.2013 года о возвращении дела следователю для дополнительного расследования недостатки следователем не устранены».

Несмотря на это, 31.12.2013 года тот же заместитель прокурора Октябрьского района города Саратова утвердил обвинительное заключение.

10 февраля 2014 года Октябрьский районный суд города Саратова вернул данное уголовное дело прокурору, поскольку счёл, что требования закона, т.е. ч.1 ст.220 УПК РФ не выполнены, «а именно, обвинительное заключение не содержит время и место совершения, вменённого обвиняемой Шуляк М.А. в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами преступления, не содержит место и обстоятельства вступления в преступный сговор обвиняемой Шуляк М.А. с неустановленными лицами на совершение преступления, не содержит конкретных действий указанных лиц по созданию преступной схемы, не содержит, каким образом произошло распределение ролей между участниками преступной группы; в обвинительном заключении содержатся противоречия в части характера и размера вреда, причинённого преступлением. Так же в обвинительном заключении не указано, в чём выражается корыстный мотив Шуляк М.А. от совершённых ею действий в пользу третьих лиц».

Суд при оценке доводов заявляемого мной в настоящее время ходатайства не может быть связан доводами апелляционного определения судьи Судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 04 апреля 2014 года, согласно которому постановление судьи Октябрьского районного суда города Саратова от 10 февраля 2014 года было отменено, и дело направлено в суд для рассмотрения по существу.

Процессуальным законом не предусмотрено право сторон обжаловать апелляционные определения подобного рода, однако закон не лишает стороны права обращаться с повторным ходатайством о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ при рассмотрении дела по существу в связи с установленным несоответствием обвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ.

Кроме того, анализ апелляционного определения от 04 апреля 2014 года позволяет сделать вывод о его немотивированности, необоснованности, в силу чего сторона защиты заявляет о его неправосудности.

Рассмотрение уголовного дела по существу в рамках предъявленного обвинения, построенного на предположениях и домыслах, на фоне неоднократно сделанных подсудимой и стороной защиты мотивированных заявлений о заказном характере данного уголовного дела и его заведомо обвинительном уклоне, нарушает основные принципы демократического судопроизводства.

Также хочу обратить внимание суда на то, что препятствием к рассмотрению данного уголовного дела по существу является незаконное выделение из уголовного дела №604040 уголовного дела №850120 в отношении тех самых неустановленных следствием лиц, чьё существование в обвинительном заключении строится на предположениях, но вводится квалифицирующим признаком действий Шуляк М.А.

Выделение в самостоятельное производство уголовного дела в отношении неустановленных лиц, сам факт существования которых не доказан в обвинительном заключении, опровергается материалами дела и отрицается обвиняемой Шуляк М.А., до принятия судом решения о виновности Шуляк М.А. в инкриминируемом ей преступлении, предполагающем сговор с этими самыми неустановленными лицами (ч.3 ст.159 УПК РФ), является не только нарушением права на защиту, но и нарушением принципа презумпции невиновности (ст.14 УПК РФ), а также принципа состязательности сторон (ст.15 УПК РФ)

При этом самим фактом существования уголовного дела №850120 как бы «презумируется» квалифицирующий признак в действиях Шуляк М.А. – группа лиц, действующая по предварительному сговору.

Согласно ч.2 ст.154 УПК РФ, «выделение уголовного дела в отдельное производство для завершения предварительного расследования допускается, если это не отразится на всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения уголовного дела, в случаях, когда это вызвано большим объемом уголовного дела или множественностью его эпизодов».

Настаиваю, что выделение уголовного дела №850120 из уголовного дела №604040 было направлено не на всестороннее и объективное расследование, а имело задачу закамуфлировать отсутствие по делу №604040 события преступления и вывести из-под ответственности лиц, незаконно инициировавших возбуждение этого дела.

В связи с этим считаю, что согласно п.1 ч.1 ст.153 УПК РФ в одно производство должны быть соединены уголовные дела №604040 и №850120, поскольку по ним:

– расследуется одно и то же якобы имевшее место событие преступления (один эпизод),

– это преступление якобы совершено с участием Шуляк М.А., входящей в группу, действующую по предварительному сговору с распределением ролей в сложной схеме преступления,

– свою вину в каком бы то ни было противоправном действии Шуляк М.А. полностью отрицает,

– никаких объективных признаков существования «неустановленной следователем группы лиц» по данному делу не имеется,

– согласно обвинительному заключению, преступление, являющееся предметом рассмотрения по данному делу, совершено в соучастии с теми лицами, в отношении которых «расследуется», по всей видимости, приостановленное на сегодняшний день уголовное дело №850120.

В связи с этим имеются основания, предусмотренные ст.153 УПК РФ для соединения уголовных дел №604040 и №850120, последнее из которых, очевидно, находится в производстве ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области и приостановлено ввиду его бесперспективности.

Согласно п.4 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если имеются предусмотренные статьей 153 настоящего Кодекса основания для соединения уголовных дел.

Кроме того, в нарушение п.6 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении не указан перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, а также краткое изложение их содержания.

Доказательства, на которые ссылается защита, я указывала дважды в своих ходатайствах о прекращении уголовного дела №604040 за отсутствием события преступления и прекращении уголовного преследования Шуляк М.А. в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, поданных при окончании ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ – 26.08. 2013 года и от 16.12.2013 года.

Более того, ввиду полного отсутствия доказательств обвинения по делу, практически все доказательства защиты в обвинительном заключении указаны как доказательства обвинения. Это обстоятельство нарушает право на защиту и позволит обвинению манипулировать порядком предоставления и исследования доказательств, лишая защиту права настаивать на вызове в суд конкретных свидетелей, определять порядок их допроса, первой допрашивать свидетелей, от которых теперь может отказаться сторона обвинения, настаивать на оглашении их показаний в случае их неявки и т.п.

Из вышеизложенного следует:

– оглашённое обвинительное заключение не содержит конкретное время, место, совершения подсудимой преступления в составе неустановленной группы лиц, действующей по предварительному сговору;

– в обвинительном заключении не указана форма вины и мотивы совершения вмененного следствием моей подзащитной и неустановленным лицам, действующим с ней по предварительному сговору;

– в обвинительном заключении содержатся противоречия в части характера и размера вреда, причиненного преступлением,

– в обвинительном заключении не указаны лица, соучастие в действиях которых вменено моей подзащитной, что лишает возможности установить обстоятельства, в том числе и исключающие преступность и наказуемость деяния;

– обвинительное заключение содержит ряд существенных взаимоисключающих противоречий.

Все вышеизложенные обстоятельства, и каждое в отдельности, нарушают право подсудимой на защиту.

В соответствии с п.п. 1, 4 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если:

1) обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта;

4) имеются предусмотренные статьёй 153 настоящего Кодекса основания для соединения уголовных дел.

В связи с тем, что указанные нарушения и недостатки не могут быть устранены в ходе судебного следствия, руководствуясь ч.1 ст. 73, п.1, п.4 ч.1 ст.237 УПК,

Возвратить уголовное дело №604040 ( 1-91/2014) в отношении Шуляк М.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, прокурору Октябрьского района города Саратова, для устранения препятствий рассмотрения его судом в порядке п.1, п.4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В интересах подсудимой Шуляк М.А., адвокат, защитник Е.Л. Сергун».

Ходатайство Сапият о возвращении уголовного дела прокурору

Федеральному судье г.ХасавюртаАлиеву М.У.Магомедовой Сапият Ахмедовны, прож. г.Хасавюрт, ул. Султанова, 8Ходатайствов порядке ст.ст.53,237 УПК РФо возвращении уголовного дела прокурору 1 июля 2010 г. старшим следователем первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по РД советником юстиции Бауловым

15 июля 2011г. следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по РД полковник юстиции Халимов А.Н. вынес постановление о привлечении в качестве обвиняемых Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Читайте также:  Ходатайство о перенесении рассмотрения дела

02 июля 2010г. руководитель СУ СК при прокуратуре РФ по РД государственный советник юстиции 3 класса Амирбеков К.И. вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, в отношении меня – адвоката коллегии адвокатов «Омаров А.С. и партнеры».

26.07.2011г. руководитель СУ СК при прокуратуре РФ по РД полковник юстиции Саврулин А.Ю. вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ в отношении меня – адвоката коллегии «Омаров А.С. и партнеры» Адвокатской палаты РД.

26 июля 2011г. вынесено постановление о соединении уголовных дел № 06838 и № 16876 в отношении меня по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318 и ст. 319 УК РФ.

Сам факт противоречия фабулы обвинения по уголовному делу, возбужденному 01.07.2010г. в отношении работников милиции, фабуле обвинения по уголовному делу, возбужденному позже в отношении меня –адвоката Магомедовой С.А., свидетельствует о надуманности и несостоятельности обвинения, предъявленного мне. В связи с этим становится очевидным, что дело в отношении меня по ст.319 УК РФ было возбуждено только лишь ради торга, а когда торги не состоялись из-за моей несговорчивости, Следственное Управление решило увеличить прессинг на меня, предъявив обвинение еще и по ст.318 УК РФ так же по надуманному обвинению, надеясь, что это принудит меня быть более сговорчивой.

Соответственно, имеет место ущемления моих Конституционных прав на справедливое судебное разбирательство.

Во всех этих приведенных процессуальных документах различное описание одних и тех же действий, происходивших, по мнению следствия, в одно и тоже время, с участием одних и тех же лиц, и в одном и том же месте и это нарушение лишит суд возможности объективно разрешить вопрос о моей о виновности или невиновности.

Считаю, что, препятствия для рассмотрения данного дела заключаются в том, что в постановлении о привлечении к уголовной ответственности меня по уголовному делу в отношении меня и в постановлениях о привлечении к уголовной ответственности Магдиева Б. и Моллаева Н. по данному делу, события, имевшие место 17.06.2010 г., изложены по разному, чем нарушены требования ст.ст.171, 220 УПК РФ. Также считаю, что нарушения норм процессуального права, касающиеся составления постановлений о привлечении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. в качестве обвиняемых и обвинительных заключений, могут отразиться на всесторонности судебного следствия, что может привести к вынесению незаконного приговора на основе взаимоисключающих обстоятельств.

Следовательно, необходимо возвратить дело прокурору в связи с необходимостью устранения препятствий его рассмотрения судом, так как описание существа обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении, у обвиняемых, совершивших преступления в отношении друг друга в одно и то же время, в одном и том же месте, должны быть идентичным с учетом конкретной роли и действий каждого из них, что исключает возможность постановления судом приговора.

Так, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых, вынесенных в отношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а ч. 3 ст. 286 УК РФ следствие описывает действия сотрудников милиции, указывая, что : сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г. Хасавюрту Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х., Абдулхаджиев Б.А. и Юсупов А.Ю…..принудительно вывели Магомедову С.А. за территорию КПП. При этом у Магомедовой С.А. из рук выпали удостоверение адвоката и телефон мобильной связи. Магдиев Б.М. и Моллаев Н.Х…..взяв за руку Магомедову С.А. силой вытолкнули ее на асфальтированную часть дороги, в результате чего она, не удержавшись на ногах, упала и ударилась об асфальт, повредив подбородок, грудную клетку и правую руку. Описательная часть обвинительного заключения также содержит аналогичные сведения.

Из постановления о привлечении Магомедовой С.А. в качестве обвиняемой и соот­ветствующей части обвинительного заключения следует, что она применила насилие и оскорбила представителей власти при следующих обстоятельствах.

17 июня 2010г., примерно в 16 часов, Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х. и другие со­трудники специальной роты патрульно-постовой службы милиции ОВД по г.Хасавюрт доставили в отдел внутренних дел задержанную на посту КМП-250 в г. Хасавюрт Евтемирову M.JL, находящуюся в федеральном розыске по подозрению в совершении престу­пления, предусмотренного п.п. «а», «в» и «г» ч.2 ст. 161 УК РФ. В тот же день, примерно в 16 часов 10 минут для защиты интересов Евтемировой МЛ. адвокат Магомедова С.А. прибыла к ОВД по г. Хасавюрту, расположенному по адресу: г.Хасавюрт, ул. Даибова, 4 и, предъявив дежурному по контрольно-пропускному пункту Гойгишиеву М.Я. удостовере­ние адвоката, прошла во двор здания отдела внутренних дел.

Дежурный по КПП Гойгишиев М.Я., обязанный в соответствии с инструкцией «О пропускном режиме в административные здания и на охраняемые объекты МВД и ОВД по РД согласно приказа МВД по РД № 1139 от 13.07.2007», утвержденной приказом на­чальника ОВД по г.Хасавюрту № 150 от 23.08.2007 «Об утверждении инструкции о про- пускном режиме в административное здание ОВД», проверить реквизиты представлен­ного Магомедовой С.А. документа и записать их в книге регистрации посетителей, про­верить наличие временного или разового пропуска и при отсутствии такового выписать его, потребовал от Магомедовой С.А. вернуться обратно и дождаться получения разре­шения на вход в ОВД.

Проигнорировав требование Гойгишиева М.Я., Магомедова С.А. направилась к зданию ОВД. Выходившие в этот момент через КПП сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г.Хасавюрту Магдиев Б.М., Абдулхаджиев Б.К. и другие, находившиеся при исполнении своих должностных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, действуя в соответствии со ст.2 Закона РФ от 18.04.1991 № 1026-1 «О милиции», остановили Магомедову С.А. и вывели за КПП, по­требовав, чтобы она дождалась разрешения пройти на территорию ОВД. В ответ на за­конные требования указанных сотрудников милиции, Магомедова С.А. в нарушение ус­тановленного порядка пропускного режима ОВД по г.Хасавюрту попыталась незаконно проникнуть на КПП, несмотря на запрет преграждавших ей путь милиционеров. Из мес­ти за то, что милиционеры не пропустили ее на территорию ОВД, Магомедова С.А. умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбеж­ность того, что публично и в неприличной форме будут унижены честь, достоинство представителя власти, находящегося при исполнении им своих должностных обязанно­стей, желая наступления таких последствий, публично, в присутствии посторонних гра­ждан Адилова С.А. и Амирханова А.А., обозвала командира специальной роты Магдие- ва Б.М. «сволочью», «скотом», «сукой».

Затем Магомедова С.А., умышленно, осознавая, что действует в отношении пред­ставителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, сознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общест­венно опасных последствий в виде нарушения личной неприкосновенности, здоровья лиц, представляющих власть, и желая наступления таких последствий, применила в отноше­нии Абдулхаджиева Б.К. насилие, не опасное для здоровья, а именно, отталкивая стоявшего на ее пути Абдулхаджиева Б.К., схватила его за погон форменного милицейского кителя и дернула, сорвав на нем пуговицу.

В ответ на законные требования Магдиева Б.М. прекратить противоправные дейст­вия, Магомедова С.А. применила в отношении последнего насилие, не опасное для здоро­вья, схватив его за ворот футболки, дернула на себя, порвав футболку и поцарапав Магдиеву Б.М. ногтями грудь, причинив ему ссадины грудной клетки. После этого, Магоме­дова С.А., применяя насилие в отношении представителя власти Магдиева Б.М., бросила в него находившийся в ее руках мобильный телефон, однако Магдиев Б.М. увернулся. Про­должая свои указанные незаконные действия, Магомедова С.А. размахнулась находив­шейся в ее руках сумкой и попыталась ударить ею Магдиева Б.М. по лицу. Последний увернулся от удара, а Магомедова С.А. по инерции от размаха, не удержавшись на ногах, упала на землю и ударилась об асфальт подбородком, грудной клеткой и правой рукой, получив по неосторожности телесные повреждения.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи с п. п. 2 – 5 ч. 1 той же статьи, а также со ст. ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ возвращение дела прокурору в случае на­рушения требований УПК при составлении обвинительного заключения или обвинитель­ного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопро­изводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях на­рушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приго- вора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетель­ствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям УПК РФ.

В пункте 4 Постановления от 08.12.2003 N 18-П по делу « О проверке конституци­онности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» Конституционный Суд РФ дал расширительное толкование рассматриваемому основанию для возвращения уголовного дела прокурору, указав, что “Если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм Уголовно- процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не мо­гут считаться составленными в соответствии с требованиями данного Кодекса”. Отсюда вытекает, что суд по собственной инициативе или по ходатайству любой из сторон вправе возвратить дело прокурору для устранения допущенных в досудебном производстве про­цессуальных нарушений, для чего допускается выполнение необходимых следственных и иных процессуальных действий.

Кроме того, согласно разъяснению, содержащемуся в абз.З п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004г. №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. Поста­новлений Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 N 60, от 11.01.2007 N 1, от 09.12.2008 N 26, от 23.12.2008 N 28, от 23.12.2010 N 31), в случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рас­смотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не мо­жет устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей ини­циативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или пред­варительного следствия.

В соответствии с положениями ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должно содержаться, в частности, описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иные обстоятельства, подлежащие до­казыванию.

Статья 220 УПК РФ предписывает следователю также указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уго­ловного дела.

Исходя из смысла приведенных выше положений закона в предъявляемом обвине­нии, а равно в обвинительном заключении должны быть конкретно указаны обстоятельст­ва совершенного преступления, конкретные действия и роль обвиняемого при его совер­шении, чтобы позволить суду при исследовании доказательств объективно разрешить во­прос о виновности или невиновности привлеченного к уголовной ответственности лица.

Описание существа обвинения в постановлении о привлечении в качестве обви­няемого и в обвинительном заключении у обвиняемых и потерпевших, совершивших, по мнению следствия, преступления друг против друга в одно и то же время и в одном и том же месте и при одних и тех же обстоятельствах, должно быть идентичным с учетом кон­кретной роли и действий каждого из них.

Как видно по данным делам, указанные требования закона в части предъявления Магдиеву Б.М. и Моллаеву Н.Х. обвинения по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ, и Магомедовой С.А. по ч.1 ст.318 и ст.319 УК РФ, органом предварительного следствия не выполнены. Предъявленное Магдиеву Б.М. и Моллаеву Н.Х. обвинение и описательная часть обвини­тельного заключения имеет существенные противоречия с обвинением, предъявленным в этой части Магомедовой С.А., а также с описательной частью обвинительного заключения по делу в отношении последней.

Из текста постановлений о привлечении в качестве обвиняемых, вынесенных в от­ношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ от 19 июля 2011г. (т. 7 л.д. 53-57, 70-74) и в соответствующей части обвинительного заключения (т. 7 л.д. 112—114, 131-133), следователь, описывая действия указанных обвиняемых, подробно и конкретно указывая действия, связанные с физическим насилием в отношении потерпев­шей Магомедовой С.А., в частности, отмечает, что ” Сотрудники специальной роты ППСМ ОВД по г. Хасавюрту Магдиев Б.М., Моллаев Н.Х., Абдулхаджиев Б.А. и Юсупов А.Ю, . принудительно вывели Магомедову С.А. за территорию КПП. При этом у Маго­медовой С.А. из рук выпали удостоверение адвоката и телефон мобильной связи. Магдиев Б.М. и Моллаев Н.Х. . взяв за руку Магомедову С.А. силой вытолкнули её на асфальти­рованную часть дороги, в результате чего она, не удержавшись на ногах, упала и удари­лась об асфальт, повредив подбородок, грудную клетку и правую руку (т.7 л.д.54, 71). Описательная часть обвинительного заключения также содержит аналогичные сведения (т.7 л.д.113-114, 132-133).

При описании этих же действий в постановлении о привлечении в качестве обви­няемой, вынесенного 27 июля 2011г. в отношении Магомедовой С.А. по 4.1 ст.318, ст.319 УК РФ, и в соответствующей части обвинительного заключения следователь ука­зывает о том, что ” После этого Магомедова С.А., применяя насилие в отношении пред­ставителя власти Магдиева Б.М., бросила в него находившийся в ее руках мобильный телефон, однако Магдиев Б.М. увернулся. Продолжая свои указанные незаконные дей­ствия, Магомедова С.А. размахнулась находившейся в ее руках сумкой и попыталась ударить ею Магдиева Б.М. по лицу. Последний увернулся от удара, а Магомедова С.А. по инерции от размаха, не удержавшись на ногах, упала на землю и ударилась об ас­фальт подбородком, грудной клеткой и правой рукой, получив по неосторожности те­лесные повреждения».

Из изложенного следует, что в приведённых процессуальных документах по раз­ному описаны одни и те же действия, происходившие, по мнению следствия, с участием одних и тех же лиц, в одно и то же время, в одном и том же месте при одних и тех же об­стоятельствах, что является нарушением требований положений ст.ст.171, 220 УПК РФ.

Кроме того, согласно ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, а потерпевший и обвиняемый участвуют в нём на ос­нове состязательности со стороны соответственно обвинения и защиты от обвинения. Сле­довательно, одно и то же лицо по одному и тому же событию преступления не может быть одновременно признано и обвиняемым и потерпевшим.

На необходимость такого правоприменения указал и Конституционный Суд РФ в своём Определении от 27.05.2010 №777-0-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жа­лобы гражданина Галкина И.А. на нарушение его конституционных прав пунктом 4 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Однако, как следует из приведённых процессуальных документов по уголовному делу в отношении Магдиева Б.М. и Моллаева Н.Х. по п. «а» ч.З ст.286 УК РФ, а также их обвинительных документов в отношении меня по настоящему делу, я по одному и тому же событию преступления одновременно признана и потерпевшей, и обвиняемой, что не может быть признано за­конным.

Приведенные выше нарушения могут отразиться на всесторонности судебного следствия, привести к установлению судом взаимоисключающих обстоятельств.

На основании вышеизложенного в соответствии ст. 237 УПК РФ

Прошу:
возвратить уголовное дело № 06838 по обвинению меня в совершении преступлений, предусмотренных ст.319, ч.1 ст.318 УК РФ, Прокурору РД для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Прилагаю:
Копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого Магдиева Б.М,
Постановление о возврате прокурору РД уголовного дела от 22.09.2011г.

Ссылка на основную публикацию